ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В прошлой жизни я погиб и переродился в мире, где СССР устоял. Там всем заправляет секретный генсек, наделяющий своих сторонников невероятными способностями и долгими годами жизни. Я своими руками вылепил себе новое тело, у меня масса вариантов, куда двигаться, но прежде всего я хочу воплотить давнюю мечту, на которую раньше не отважился: привести нашу футбольную команду к участию в чемпионате мира. Мы выигрываем, я делаюсь знаменитым. У меня отличные товарищи и девушка-красавица. Похоже, я добился всего. Только в канун Нового года в мою дверь ворвался спецназ. Они не могли перепутать — пришли именно за мной, чтобы повесить на меня преступление, которого я не совершал.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Причем настроение у всех было, как будто мы выиграли: парни перешучивались, подбадривали друг друга, только Микроб все время зевал и еле держался на ногах.

Рассевшись по местам, мы приготовились внимать, и, кажется, я знал, что собирается сказать Димидко.

— В общем так, ребята, — проговорил он и вдруг вызверился: — Вы — мудаки! Особенно — Хотеев, Клыков и Рябов с Погосяном. Надо объяснять почему?

Все молчали. Кто руки свои разглядывал, кто бутсы — в глаза тренеру не смел посмотреть никто. Кроме меня.

— Вы, блин, не просто черти кривоногие! Вы — кисейные барышни какие-то, которым нужно благословение Нерушимого. Без благословения и игра не игра, можно косячить, так получается? А если так, то каждый из вас — говно, и яйца… Выеденного яйца… Тьфу. В общем, говна вы безъяйцевые! Да, и ты Матвеев, че вылупился? Вот че ты вылупился? Есть что сказать? Не было Нерушимого — никто не играл. Как появился — по-нес-лось! Ну да, у нас крутой вратарь, а вы тогда кто? Вы все зачем? Выходит, и команды у нас нет, один Нерушимый пусть стоит в воротах и делает ничью? Так? Хотеев! Ты че заснул?

Федор и правда дрых, аж слюну пустил. Встрепенулся, подобрался и спросил:

— Что?

— Что-что! Баба тебя твоя заездила, вот что! Сил играть не осталось.

— Да ладно тебе, — вступился за Микроба Колесо. — Парень выложился по полной. Сам же видел, что он творил.

— Но почему-то счет — 1:2! — проворчал Димидко. — Вот пусть Хотеев и скажет, что ему мешало нормально играть раньше, в начале матча?

Микроб пожал плечами, задумался ненадолго и ответил:

— Да не знаю. Сначала обычно было, а потом, как… ну… Как будто дозу стимулятора засандалили. Такую дозу, что аж из ушей полилось.

Димидко недобро прищурился и обратился ко мне:

— Саня, ты что это, барыгой заделался?

— Ага. Дал подсрачник — засандалил дозу.

— Мы больше не будем, — улыбнулся с галерки Гусак.

— Ты вообще молчи. Просидел весь матч, а — «не будем». Ты и так не! — Димидко замолчал внезапно, словно у него батарейка села, махнул рукой. — Короче, запомните вот это состояние и животворящий пендель Нерушимого, и в следующий раз чтобы с таким настроем и выходили. Все поняли?

«Титаны» молчали.

— Прекрасно! Все свободны.

Игроки начали подниматься. Я сразу достал телефон, чтобы набрать Лизу, и увидел ее сообщение: «Жду тебя в столовой СК».

Да что ж за срочность такая? Похоже, и правда что-то важное, раз аж из Лиловска приехала, вот, ждет.

Погосян взял меня за руку.

— Саня, ты ща куда?

— К Лизе, что-то у нее случилось.

Микроб вздохнул:

— Жаль, я к вам собрался, разбирать игру «Динамо» — «Спартак».

— И что "Динамо", продуло, как всегда?

— Ничья, 2:2, — ответил Погосян. — Пишут, интересная была игра.

— Ну, извините, — развел руками я и погрозил пальцем. — И вообще, вы должны быть наказаны.