ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эта история — вымысел, но в ней найдутся настоящие военные подразделения, подлинные происшествия и реальные личности. Работая над этим томом, я опирался на воспоминания и публикации, где звучат голоса непосредственных очевидцев. С чувством глубокой признательности я посвящаю его советским силам специального назначения — светлой памяти выдающихся людей, которых уже нет с нами. Отморозок 6 Андрей Поповский Эта история — вымысел, но в ней найдутся настоящие военные подразделения, подлинные происшествия и реальные личности. Работая над этим томом, я опирался на воспоминания и публикации, где звучат голоса непосредственных очевидцев. С чувством глубокой признательности я посвящаю его советским силам специального назначения — светлой памяти выдающихся людей, которых уже нет с нами. ==================== Глава 1 Глава 1 Первая книга цикла: аудиоверсия книги: Одиночная камера, площадью не более четырех квадратных метров. Маленькое густо зарешеченное окошко вверху, серые покрытые грубой цементной шубой стены, прикрученные болтами к стене деревянные нары. Из мебели в камере только грубо сколоченная табуретка. На оправку выводят два раза в сутки утром и вечером, но если очень припрет, то могут вывести и во внеурочное время. В отличии от батальонной нелегальной «губы», здесь на Астраханской гарнизонной гауптвахте, меня никто не трогает. Караульные строги, но подчеркнуто вежливы, никакого хамства. Кормят тоже на удивление прилично. Никаких разносолов, обычная еда из солдатской столовки. Ещ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Не совсем, — качаю головой, — Абдурахмон-Ага не такой человек, которого так легко провести. Тут все сложнее. Он ведь действительно чувствует улучшения состояния ноги. Я просто сумел немного подтолкнуть защитные силы его организма, которые и делают основную работу. Так, что я не являюсь никаким знахарем. Но в то же время могу ему помочь.

— Вот я и говорю, что ты очень необычный парень, — мистер Смит улыбается, но его глаза очень серьезны — Ты в своем юном возрасте, знаешь и умеешь так много. Что иному не научится и за всю жизнь. Мне приходилось не раз общаться с людьми из Союза и не только военнопленными в лагере, но и с обычными людьми, в другой, более располагающей общению обстановке. И все они были очень зажаты в общении со своим идеологическим врагом, каковым меня считали. Ты же, ведешь себя очень раскованно, больше напоминая мне нашу американскую молодежь. Я вижу, с какой небрежностью ты открыл и ешь печенье, которое вряд ли мог видеть у себя в Союзе, как обыденно ты пьешь колу. Многие твои соотечественники были бы просто в экстазе от всего этого, а ты делаешь это так, как будто для тебя подобное не в новинку. Ты слушаешь американскую музыку, которая вышла совсем недавно и понимаешь ее скрытый подтекст. Меня очень заинтересовали эти твои особенности.

— Все просто мистер Смит, — развожу руками, — Я действительно учился в очень хорошей спецшколе в городе Энске, где к изучению английского подходят очень серьезно. Среди моих школьных товарищей были те, у которых родители выезжают за границу и для меня кола, печенье и жвачка не являются чем-то необычным. Скажу вам по секрету, наша газировка будет получше вашей колы, потому что у нас в ней гораздо меньше всякой химии и все натуральное. А англоязычную музыку я действительно люблю и часто слушал в Союзе ее по радио.

— И как же такой продвинутый парень как ты, сначала оказался в Афганистане, а потом попал в плен? — Спрашивает Бен, с интересом рассматривая меня сквозь очки.

— Мои родители очень образованные люди, но они занимают недостаточно высокое место в обществе, к тому же мы провинциалы. В Москве, куда я приехал после окончания школы, я познакомился и начал встречаться с девушкой родственники которой занимают очень высокое положение, — начинаю врать я — Отец девушки директор крупного московского завода, а мать работает в администрации одного из районов. Они были против наших отношений, не видя во мне достойной партии для своей дочери, но их она, несмотря на все уговоры, не перестала со мной встречаться. Отец девушки нажал на кое какие рычаги и вот, как только мне исполнилось восемнадцать и пришла пора идти в армию, я оказался сначала в учебке под Ташкентом, а потом и в Афганистане.

— Грустная история. Почти как Ромео и Джульетта нашего времени.