Одни мобильные телефоны и интернет, о которых ты мне рассказывал, чего только стоят. Ты же можешь сэкономить кучу времени и ресурсов, просто рассказав о жизни через сорок лет. Будет понятно в каком направлении приложить усилия, чтобы получить максимальный результат. Нельзя чтобы такой ценный кадр попал чьи то чужие руки. Так что, пожизненная изоляция для тебя это самый вероятный вариант.
— Ну вот видишь, — развожу руками. — Не пойду я ни к какому генералу со своими рассказами. Не хочу всю оставшуюся жизнь просидеть в клетке, пусть даже и золотой. У меня другие планы на эту жизнь. Да и очень я сомневаюсь, что генерал в одиночку или с несколькими подельниками смог бы осуществить госпереворот. В моей реальности был один такой персонаж — полковник ГРУ Квачков, который пытался сделать что-то подобное, а на деле даже рыжего иудушку Чубайса не смог замочить на шоссе.
— Чубайса? — Удивленно поднял брови Иван. — Никогда о таком не слышал.
— Еще услышишь — усмехнулся я. — Это деятель нового времени возникнет как черт из табакерки в начале девяностых и проведет грабительскую «прихватизацию». Тогда богатые месторождения, нефтяные скважины, заводы, дороги, электростанции и прочие объекты, которые наши с тобой отцы и деды строили, отказывая себе в самом элементарном, за бесценок будут отданы кучке жадных шакалов. Эти твари бешено грызясь между собой, будут рвать на куски Россию — самый большой осколок от Союза и вывозить награбленное за бугор, чтобы построить себе там виллы и яхты. А рыжая сволочь, непонятно как присосавшаяся к власти, протянет на самых верхах очень долго, вплоть до начала двадцатых, а потом, наконец, свалит заграницу, прихватив с собой «нажитое непосильным трудом».
— Звучит устрашающе. Ладно, принято. — Кивает Иван. — Но, ты же не просто так сейчас мне открылся. Значит, есть какие то мысли насчет будущего?
— Есть Ваня, но у меня впереди еще полтора года службы и неизвестность, в виде задачи от генерала. Очень вероятно, что она будет проходить где-то «за речкой» и с риском для жизни.
— Афган, значит, — прикусил губу Карабанов — Не пойму, почему выбрали именно тебя? Какой бы ты ни был весь из себя рукопашник и стрелок, извини Юра, там у них есть такие волкодавы, до которых тебе как до Китая. Смысл им брать туда зеленого пацана без году неделя в армии?
— Да я и сам это понимаю, — машу рукой, — Знаешь, сколько я над этой темой думал, чтобы понять, в чем тут дело. Сейчас мне представляется, что тут работает совокупность факторов. Мой физический возраст, мои умения в рукопашке, знание английского и то, как я прошел проверку в стройбате.






