ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда за тобой идут по пятам спецслужбы, итальянская мафия и ещё один враг, которого ты раньше не знал, выход один — пускаться в бега. Но реально ли сбежать от себя? Разгадка — в девятой книге серии «Отморозок». Отморозок 9 Андрей Поповский Когда за тобой идут по пятам спецслужбы, итальянская мафия и ещё один враг, которого ты раньше не знал, выход один — пускаться в бега. Но реально ли сбежать от себя? Разгадка — в девятой книге серии «Отморозок». ==================== Глава 1 Глава 1 Первая книга цикла: Две недели спустя после бойни и пожара в трейлерном парке под Лос-Анджелесом. Федеральный округ Колумбия, окрестности Вашингтона, закрытый клуб «Бернт-Три». За большими, наглухо закрытыми окнами, на улице тепло и солнечно. Природа уже расцвела в предвкушении скорого прихода лета, но в прокуренном кабинете, с плотно задернутыми тяжелыми портьерами, время словно застыло. Томас Келли сидит в глубоком кожаном кресле. Рядом с ним, на массивном столе из красного дерева, стоит стакан с виски, к которому Келли так и не притронулся. Лед в стакане уже растаял, поэтому он полон почти до краев. Напротив, расположился сенатор Пол Гаррисон. На нем безупречный костюм, на голове аккуратный пробор. У сенатора внимательные глаза человека, умеющего задавать нужные вопросы и привыкшего получать на них удовлетворяющие его ответы. Гаррисон сделал маленький глоток из своего стакана, поставил его обратно на стол, выдержал паузу, и сухо произнес: — Я слушаю, Томас. Рассказывай. Келли кивнул, расправи

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я ковылял сзади, прихрамывая на раненную ногу, но держался. А Паулина была выше всяких похвал.

Она знала здесь каждый камень. На той стороне в старом сарае нас ждал еще один автомобиль — потрепанный пикап с грязными коробами для овощей в кузове. И снова дорога. Долгая, ухабистая, пыльная, идущая через какие-то нищие поселки с бегущими за пикапом чумазыми детьми, через блокпосты, где Паулина уверенно кивала полицейским, останавливающим нашу машину. Все переговоры вела она сама и нас везде пропускали. Дальше, мы долго виляли по горным серпантинам, от которых меня к концу пути уже начало подташнивать.

Мы почти не разговаривали. Я понимал: ей нужно пережить это самой. Переболеть и перестрадать. Молчание было лучшим лекарством.

Домик появился внезапно. Среди серых скал и чахлых сосен — приземистое строение из камня и дерева, с покосившимся крыльцом и маленькими окошками. Старое ранчо, каких здесь сотни. Затерянное в горах, куда даже дорога ведет едва заметная.

— Приехали, — тихо сказала Паулина, заглушив двигатель. Вдруг ее лицо дрогнуло, плечи опустились, и она уткнулась лбом в руль. Я слышал только прерывистое дыхание. Напряжение побега и долгой дороги, наконец отпустило ее.

Я вылез из машины, обошел, открыл дверцу. Молча взял за руку, помог выйти. Она стояла, глядя сквозь меня, и по щекам текли обильные слезы.

— Габриэль… — прошептала она. — Мой брат… он почти всегда всегда был рядом сколько я себя помню… Только когда его посадили в тюрьму, я была одна. но даже оттуда он все равно заботился обо мне.

Я не знал, что сказать. Да, и что тут скажешь… И тогда, я просто обнял ее. Крепко, как мог, не обращая внимание на тянущую боль в ноге и раненом боку. Паулина сначала замерла, а потом вдруг прижалась ко мне, отчаянно вцепилась в куртку и зарыдала — громко, навзрыд, как маленький ребенок. А я стоял и гладил ее по голове, чувствуя, как мелко дрожит ее горячее тело.

Мы простояли так, наверное, минут пять… Паулина еще всхлипывала, но слезы уже кончились. Она подняла голову, посмотрела на меня опухшими глазами а потом, встав на носочки, крепко прижалась всем телом и поцеловала. Сама. Не как раньше — играючи, провокационно, а по-настоящему. Я ответил. А потом мы, сам не понимаю как, оказались внутри, в этой маленькой комнате, и уже не могли остановиться. Это было не просто желание. Это была потребность — втиснуться, вжаться друг в друга покрепче и забыться, почувствовать живое тепло человеческого тела, доказать себе, что мы еще живы.

С тех пор, мы почти не выходим из домика. Только иногда, Паулина исчезает на пару часов — съездить в ближайший поселок за продуктами, водой и за новостями. Возвращается всегда молчаливая, но с каждым разом чуть более живая.

Мы не говорили больше о Габриэле.