ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мир вокруг не нравится — найди замену. Допустимо и подстроить его под собственные вкусы. Немножко. Или настолько, что станет страшно от собственной дерзости. Магия отсутствует. Эльфов, как ни странно, тоже. Есть лишь военный в отставке и портал. А за той границей… Отшельник Сергей Шкенев Мир вокруг не нравится — найди замену. Допустимо и подстроить его под собственные вкусы. Немножко. Или настолько, что станет страшно от собственной дерзости. Магия отсутствует. Эльфов, как ни странно, тоже. Есть лишь военный в отставке и портал. А за той границей… ==================== Пролог и Глава 1 Пролог и Глава 1 Отшельник. Книга 1 От автора: Это не историческая хроника, поэтому я оставляю за собой право вольно распоряжаться датами, событиями, действующими лицами, как существовавшими, так и выдуманными. География остаётся неизменной, с ней я ничего сотворить не смогу при всём моём желании. И традиционно — все действующие лица и события являются вымыслом автора, и случайные совпадения не несут злого умысла. Оставим их на совести автора. Пролог Белый УАЗ «Патриот» с надписью «Полиция» на синей полосе переваливался по колдобинам когда-то асфальтированной дороги, отчего белобрысый сержант за рулём сначала ругался, а потом прикусил язык на очередной кочке и замолчал. И хуже всего, что через пару километров признаки цивилизации окончательно исчезнут, и до самой деревни пойдёт глинистая грунтовка с непросыхающими даже в жаркое лето лужами. Правда, Михалыч время от времени заваливает самые глубо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Да чего их, супостатов, жалеть-то? Лучше здесь потонут, чем мы кровушку лить будем. Оно так спокойнее.

— Да и правильно, — согласился Аникита. — А ты, боярин, не переживай, через три дни покойники помягчеют, запруду-то и прорвёт. Давнишние покойники оне не крепкие.

Вадим с трудом удержался, чтобы не сблевать за борт от какого объяснения.

— Как думаете, Казимир жив остался?

— А как же! Эту язву ничем не выведешь, шибко живучий поганец, — кивнул Волчок. — Небось уже к Вильне подбегает.

— Не меняя порток, — заржал Аникита. — Но вот те крест, боярин, есть примета такая — ежели за чей упокой при жизни выпить, то вскорости тот и помрёт. Верная примета!

Кукушкин дотянулся до фляги с коньяком и потряс её. Ага, больше литра осталось.

— Вообще-то я редко пью, но если за упокой Казимира… Чтоб он сдох, собака!

----------

Глава 19

Глава 19

Холодные капли, упавшие на лицо, привели полковника в сознание. Перед глазами всё плыло, но он смог в полутьме разглядеть еловые лапы над головой, сквозь которые просачивалась непонятно откуда взявшаяся вода. Это шалаш и дождик снаружи? Но почему? Вроде был солнечные день и… и взрыв пороха в артиллерийском обозе!

Полковник попробовал встать, но получилось только с третьей попытки, да и закружившаяся голова отозвалась на усилие острой болью в висках и заставила лечь обратно. Не стошнило, и то хорошо. И ещё левая рука с плотно прибинтованными деревяшками привязана к груди.

— Есть тут кто-нибудь, чёрт вас возьми?:

После крика несколько веток ушли в сторону, пропустив дневной свет, и в шалаш заглянул Фёдор-первый, мокрый, но довольный.

— Очнулся, боярин?

— А ты сам не видишь? — раздражённо бросил Иван Леонидович. — Что со мной и где мы?

— Так у государыни Софьи Витовтовны гостим.

— Где?

— В лесу, вестимо где.

— Я как сюда попал?

— Принесли тебя, боярин.

— Фёдор, не зли меня! Распустились без меня, как вижу?

От несправедливого и незаслуженного упрёка с лица Фёдора сползла улыбка, и он принялся описывать эпические подвиги, совершённые им лично и Фёдором-вторым при спасении беспамятного боярина Ивана Леонидовича от злобных литвинов, ливонцев, тевтонцев, татар, гишпанцев и сарацин с маврами. По его словам выходило, что полковника собирались пленить, после чего сжечь на костре как колдуна и продать венецианцам на галеры. Лишь беспримерная отвага двух московских дружинников, бившихся над бездыханным телом с бесчисленными полчищами врагов, позволила продержаться до прихода подмоги.

— Федя, сарацины с маврами откуда взялись?

— Нешто я лжу скажу, боярин? Как набежали двунадесять языков, как пошла сеча лютая…

Ивану Леонидовичу приходилось читать объяснительные записки подчинённых, и удивить его хоть чем-нибудь невозможно.