Вспомнив то отражение, совершенно случайно отпечатавшееся в памяти, я пристально вгляделся в лживое зеркало напротив, я уставился на то, во что я позволил себе превратиться. Лицо в зеркале напротив выражало холодное безразличие и угрюмую решимость, а в глазах, глядящих на меня напротив, не было ни капли того мягкого и теплого, счастливого взгляда, там лишь отчетливо читалась холодная готовность убивать. Но ведь даже тогда я не был пушистым зайчиком, и если того требовали обстоятельства, я был готов драться и убивать. Меня так воспитали, я всегда был готов — слишком хорошо готов — воевать за то, что я любил и считал важным, против того, что ненавидел. Но как-то так получилось, что в итоге я сам стал олицетворением того, бороться против чего меня воспитывали изначально.
Я стал плохим парнем. Гнев скопившейся внутри меня был силен и тяжел, словно базальтовое надгробье, и я знал, что потребуются годы, чтобы он ослаб. Мое истинное я оказалось скрыто под этим гневом, который стал угрожающей оскаленной маской. Как и у многих парней с улиц Райлегга с похожей судьбой, мое лицо, да и все тело, выражало всегда лишь одно: «Не шути со мной». В итоге я научился так хорошо выражать эту мысль, что в конце концов вся моя жизнь превратилась в одно лишь воинственное предупреждение.
«Неужели я так сильно изменился?»
Но то отражение, что сейчас смотрело на меня из зеркала напротив, отчетливо это подтверждало. До такой степени, что я не мог выдержать взгляд собственных глаз. Взгляд животного, встретив который, нормальные люди старались закрыть собой детей, и поскорее перейти улицу, лишь бы не встречаться с этим взглядом.
Натянув поглубже капюшон и отвернувшись от лживого зеркала, показывающего совершенно чужого человека. Я пошел на выход, перешагивая через лежащих на полу и бешено вращающих от беспомощности глазами телохранителей. Я точно знал где искать Мари, примерно где можно найти Карлотту, и понятия не имел где может быть Клето.
Я теперь был изгой, сам по себе и между всеми сразу, а значит мне нужно было опасаться всего. Как и у любого, кто занимается чем либо противозаконным, а тем более если ты зарабатываешь тем, что убиваешь на заказ, причем людей которые не отличаются примерным поведением и сами вполне тебя могут отправить на свидание с Всепожирающей. У меня были несколько мест, где я мог отлеживаться если не хотел идти в Нору. У нас у всех были свои, и каждый старался скрыть их от других, ну определенные точно. У меня таких было две, в одной были даже немного монет и запасная одежда и оружие. Но про нее точно знали, и идти туда было попросту опасно, такие лежки были и у Мари и Карлотты, Клето тот вообще маньяк насчет этого вопроса. Он мог в некоторые заявиться только один раз, и точное их число по-моему не знал даже он.






