ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Супруга Михаила шестнадцать лет казалась ему просто необычной женщиной. Двое детей, счастливый дом — и ни намёка на то, что она боевой офицер и отпрыск аристократического семейства из звёздной империи, затерянной в другом измерении. Всё прояснилось только после её таинственного исчезновения. В отчаянии он нашёл аварийную инструкцию к системе перемещения между мирами — иного способа действовать не было. Но мир по ту сторону не спешит встречать гостей. Цивилизация там обогнала земную, а вот приветливости к чужакам не прибавилось. Удача любит тех, кто не сворачивает с пути. Михаил и дети хотят вернуть жену и мать. Или хотя бы понять, что с ней стало.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Так держать! — Я всеми силами постарался добиться, чтобы улыбка на моем лице вышла не кривой. — А теперь — собирать вещи и на борт. Наша капсула отходит в иную вселенную сегодня же.

04.

Я понял, почему «тарелку» Ната называла «капсулой» — круглая штука с кристаллом в качестве двигателя кораблем могла быть названа в той же мере, что и лифт — поездом. Никаких функций полета (что в целом логично, раз даже ремней безопасности нет), никаких возможностей к управлению — грубо говоря, капсула содержала только псионический аналог кнопки «нажми для старта» — и все. Это мы выяснили уже внутри — пока дети «медитировали» на камень-двигатель: из-за его размеров к нему можно было даже не прикасаться. Они осторожно пытались найти другие «ярлыки» для управления, может быть — записи… хотя бы инструкцию по эксплуатации… и ничего. Реально — капсула. Жми — и понеслась. Что ж, осталось только «нажать»…

— Дети, никто не хочет выйти… напоследок? — Намекнул я, чувствуя себя как этакий папаша-всегда-на-работе, не заметивший как чада выросли. Судя по тому, как дружно фыркнули дети — им пришло в голову то же сравнение. — Между прочим, я серьезно. Мы не знаем, сколько продлиться полет… и яуверен , что люк в моторный отсек — не крышка унитаза.

Брат и сестра посмотрели друг на друга, на меня — на их лицах я прочел что-то вроде опаски пополам с уважением: типа, вот батя задвинул — они бы до такого… гхм.

— Ну как?

— Н-не… — Егор выглядел чуть неуверенно, и я даже понимал почему: я бы тоже, выходя один, думал нечто вроде «а вдруг она случайно стартует без меня — сама?» Ощущение сродни тому, что испытываешь, когда корабль вот-вот отойдет от причала, и земля, такая вроде близкая, окончательно останется вне досягаемости, навалилось сейчас на нас многократно умноженным: «билет в один конец» был только один на троих. Да и… да чего тянуть? Все вещи внутри, мы — тоже…

— Тогда, Лисса — давай. Стартуем.

— Что, прямо так? — Внезапно растерялась девочка. — Просто… просто так?

— Пристегнуться некуда, и не за что… и даже «присаживаться на дорожку» смысла нет — уже сидим. — Я оглядел детей и подмигнул сыну. — Могу сказать «поехали», хочешь?

— Хочу! — Разумеется, старшенький хотел. — А можно я скажу?

— Нет, пусть папа. — Внезапно-серьезно попросила дочь. — И… может рукой… махнуть?

— Ха! — Егор улыбнулся. — Молчу-молчу.

— Приготовились… — Я поднял руку, заодно пытаясь понять, почему у меня легкое чувство чего-то не сделанного… не дома же я утюг забыл? А-а, к черту! — Поехали!

Василиса зажмурилась и свет-без-лампочек в капсуле чуть изменил оттенок.

«Не закрыли стену в ангаре!» — Понял я… и тут сидение под мной натуральным образом провалилось.