Вчера в поликлинике путевку в санаторий дали, а дата открытия у нее сегодня! — возмущенно выговорила женщина.
Я стоял моргал спросонья и никак не мог понять, нахрена она мне все это рассказывает. Еще и в шесть утра. Но я был вежливым соседом и молча слушал.
— Ты, пока меня не будет, сможешь мои цветы поливать? Еще Ваську моего проведать и кормить. Боюсь, он от одиночества начнет тосковать. — произнесла она жалостливо, радея за судьбу неведомого мне соседа.
— Васька — это кто? — уточнил я.
— Котик мой, — старушка расплылась в сердечной улыбке.
— И надолго вы уезжаете? — спросил я, а в голове закрутились шестеренки.
— На три недели. Двадцать один день, — дала она исчерпывающий ответ.
— Хорошо, польем и покормим, — согласился я, про себя радуясь, что хотя бы на время нашел более-менее безопасное место для хранения своего нелегального имущества.
Так в моей жизни появился Васька. Абсолютно черный кот, без единого белого пятнышка. Несмотря на его протесты, я в этом удостоверился.
Полив все цветы, а у тети Веры их было дофига, отчего квартира напоминала оранжерею, я вытащил кота из-под кровати, откуда он за мной все это время настороженно наблюдал.
— Будем сегодня друг другу скрашивать одиночество, — бескомпромиссно заявил ему я. Тот возмущенно мяукнул, но подчинился. Был слишком жирен и ленив, чтобы дать мне бой.
Общество кота сказалось на моей психике благосклонно. И речь под его мурчание легко писалась, а когда я ее проговаривал он делал вид, что слушает, изредка шевеля ушами и хвостом. Полезной оказалась зверюга, только наглой и своевольной. Все же изловчился и цапнул меня пару раз.
Стоя на кафедре, я смотрел в аудиторию, полностью забитую студентами. Скорее всего, собрали со всех факультетов, не обращая внимания на их направленность. Студенты ответно рассматривали меня и гадали, что может интересного рассказать им этот молокосос в идеально пошитом костюме.
Журбина перед мероприятием подретушировала мне лицо, замаскировав синеву, и я более не походил на жертву гоп-стопа, так что вид имел вполне представительный.
Интересный у нас с начальницей при этом состоялся разговор.
— Альберт, я тут вспомнила, у Ксюши тоже был плюшевый мишка. Она с ним к тебе переехала, — заявила мне начальница.
— Люд, извини, но это уже звучит бредово, — поморщился я от не особо изящного первого хода оппонента. Да, видимо, теперь мы с ней по разные стороны баррикад. Но это только ее выбор. Я же к Людмиле Андреевне всегда относился нейтрально.
— И знакомых из уголовного розыска, что занимаются карманниками ты не так давно искал, — игнорируя мою реакцию, продолжила наступать на грабли Журбина.
— Ты считаешь эти два события взаимосвязаны? — лениво уточнил я. Мне было действительно скучно, без всякого позерства.






