Как оказалось, быть женихом на свадьбе, тяжкий труд. Все эти традиции, с выкупом невесты, когда с тебя требуют петь песни, плясать вприсядку и умасливать выпивших подружек невесты, фотографированием у каждого памятника в городе, где приходится долго позировать на морозе, а на закуску сам банкет, где ты главный актер и где тебя многократно вызывают на бис. Мне пришлось прочувствовать все эти традиции на себе.
— Горько! — поддержали остальные гости крикуна.
Рядом устало улыбалась невеста. Красивая она у меня. В белом платье до пола, фата на голове, как символ чистоты, нитка жемчуга на тонкой шее, на пальце обручальное кольцо, такое же как у меня, но изящнее. Для нее все эти традиции важны, поэтому, не ропщу, со счастливым видом катаюсь целый день по городу, участвую в конкурсах и фотосессии, даже откусил меньший кусок каравая, чтобы она была довольна.
Вот и сейчас, встаю под крики «горько!» и смачно целую невесту.
Усевшись на место, я в быстром темпе, пока дают на это времени, взялся за нож с вилкой и начал уплетать заливное мясо. Оглядел стол. Как назло ничего нормального нет. Шампанское терпеть не могу, а водочки мне не надо, иначе жениха придется вносить в квартиру невесте, а не наоборот.
— Передай вон ту бутылку вина, — толкнул я в бок Скворцова.
Вадим сидит рядом. Он на этой свадьбе свидетель. Сам вызвался. Нравится ему быть в центре событий. Свидетельница со стороны невесты — та самая Настя, которая выпрашивал у меня телефончик на дне рождения Алины.
Места через Вадима занимали моя сестра с мужем. Племянницу на свадьбу они не привезли, и заставить меня играть в ладушки некому. Тесть с тещей сидят со стороны невесты, а остальные гости расположились на двух приставных столах к главному.
Гостей много. Родственники со стороны жены. Ну да, уже жены. Надо привыкать. Ее друзья и сокурсники. Вот только Алекса, который тоже был на том дне рождении и с которым мы когда-то утроили разборки перед домом Алины среди них нет. А какая свадьба без драки?
Есть здесь и коллеги тестя. Следователь Востриков среди них. Именно ему я передал уголовное дело Горбуновых. Его задача предъявить обвинение по двум статьям — оскорблению и истязанию. По двум — чтобы оправдательного приговора не было. Если истязание сорвется, то оскорбление по-любому останется, там свидетельских показаний — половина тома. Без прямого распоряжения Митрошина Востриков под такое конечно не подписался бы, но его соблазнили присвоением приставки «старший».
Мои коллеги тоже здесь, правда, не все следствие в сборе, но я так и предполагал. Не было и Головачева, он сегодня ответственный дежурный по ОВД. Курбанов сейчас кадрил молодую гостью со стороны невесты, Журбина во всю флиртовала с Востриковым — начальство было при деле.






