ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джим Пендантон знал, что умрет. Раненый, загнанный в канал, он остался один против своры псов и гвардейцев Мергена. Старый адмирал успел разорвать нескольких ублюдков из своего «Крушителя», но плакальщик с птичьими глазами оказался быстрее. Нож, перерезавший горло, решил всё. Товарищи ушли, и это было единственной его победой. Я — Итан Шелби. В моей конторе пахнет пылью и безнадегой, а в голове шумят предвестники — тени, которых нет, и голоса, которых не слышит никто, кроме меня. Война сделала со мной то, что не смогли пули искиров. Долги копятся, клиентов нет, и даже дождь, кажется, издевается. Звонок старого приятеля — и на пороге возникает Хенстридж, изобретатель, который умирает быстрее, чем говорит. Его лабораторию обчистили, а вместе с записями исчез прототип аппарата для очистки мотории. Он сулит золотые горы, лишь бы я отправился в Риерту. Но этот город — осиное гнездо, где каждый второй готов всадить нож в спину, и я слишком хорошо это помню.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Подняв воротник плаща, я сунул руки в карманы, уже не став обращать внимания на то, что проворная тень, почувствовав мой взгляд, спрыгнула с болтавшейся на ветру вывески паба и спряталась где-то под черепицей.

Проклятая тварь.

Под фонарем стояла полицейская коляска – не слишком-то привлекательная коробка на четырех колесах с кабиной и уродливым баком для мотории, расположенным на крыше. Полицейское управление Хервингемма старалось идти в ногу с прогрессом. Во всяком случае, в более-менее приличных районах моего города. Десять лет назад такие самоходные коляски были в новинку и ими владели всякие сливки общества. Теперь же не только аристократы, но и городские службы вполне способны покупать и моторию, и механизмы, которым она дает жизнь.

С лавки рядом с водителем встал человек, направляясь в мою сторону. Через секунду задняя, зарешеченная дверь коляски открылась, и из нее выбрались два плечистых коппера.

Они переминались с ноги на ногу, но за своим начальником не пошли. Один из них лапал шоковую дубинку, держа ее перед собой, точно меч. Довольно комичное зрелище, пока эта ерунда не оказывается у тебя под подбородком и не следует разряд. Чудесная штука. Валит парней весом в восемнадцать стоунов, словно те юные барышни, перечитавшие любовных романов республиканских писателей.

Мой бывший напарник, инспектор Билли Юарт, улыбнулся, приветствуя меня, и протянул руку.

– Привет, Итан. Как настроение?

Я пожал его длинную, узкую ладонь, ткнул пальцем в небо, и он, зная о моей любви к такой погоде, понимающе усмехнулся, расположив зонт так, чтобы тот прикрывал не только его.

– Не подумай плохо, Билли, я всегда рад тебя видеть, но отчего-то мне кажется, что наша встреча произошла не случайно. Это чертов Ди тебя привел?

Он не стал отрицать:

– Так и есть. Кое-что случилось, и нужна твоя помощь.

Я нахмурился:

– Похищение?

– Лучше ты сам все увидишь.

Эта странная таинственность меня не обрадовала. Я знал Билли довольно давно, чтобы понимать, когда он напряжен и чувствует себя неловко. К тому же взгляды обоих полицейских, направленные в мою сторону, были не то чтобы дружелюбными. Ну и дубинка… Я способен складывать два и два, хотя порой и умею выглядеть полным дебилом.

– Коляска с решеткой. Два мордоворота, с которыми даже мне, возможно, не справиться. Ну и у тебя вид, точно у пса, который должен укусить, но не больно-то рад этому. У меня неприятности, старина?

Он мгновение смотрел на меня испытующе, затем опустил плечи, решив не отрицать:

– Неприятности? Не знаю. Тебе придется мне сказать самому. Произошло убийство, и жертва, прежде чем умереть, назвала твое имя.

Я же говорю, поганая ночь. И поспать мне сегодня явно не светит.

– Кто он?

– Джейкоб Ин.

– Черт! Консьерж за всю жизнь и мухи не обидел. Когда это случилось?

– Недавно.