Да и без того Михеев в нашем кругу персонаж популярный. Он ведьм терпеть не может органически и убивает их при малейшей возможности. Хотя понять его можно, конечно. Он, собственно, из-за нас в отделе и работает.
— А если поточнее? — мигом спросил я. Меня давно интересовало, за что Пал Палыч ведьмино племя так не жалует.
— Ты в курсе, что он был женат? Нет? Был-был, причем сильно ранним браком и вроде как по очень большой любви. А одна из наших взяла да его супругу в могилу и свела, — ответила Василиса, вставая с лавки. — Что-то они там не поделили, вот жена Михеева и словила смертное проклятие. Случается такое, сорваться каждый может, мы тоже где-то люди, у нас есть нервы, вот и попала эта бедолага под горячую руку. В результате три дня — и Михеев вдовец. А после выяснилось, что она еще и дитя под сердцем носила.
— Жесть, — выдохнул я.
— Не то слово. Душа в ребенке уже поселилась, смерть пришла через проклятие, тот, естественно, стал игошей.
— Кем?
— Нечистью. Игоша — это такой мелкий дух, который творит немаленькие пакости. Первым делом он отправился к отцу, который не смог сберечь мать, да чуть его не убил. Если бы не отдельские, вставшие на след игоши еще в морге, то все, отправился бы Михеев следом за женой. Повезло, короче, мужику.
— Относительное везение.
— Ну, это да, — признала девушка. — Потом все было просто. Игошу развоплотили, а штат отдела стал больше на одного сотрудника. Встретились, так сказать, два одиночества.
— А ведьма, с которой все началось?
— Ее ковен после отдельским выдал. Гончие требование честь по чести главе ковена отправили, та сочла претензии законными плюс не захотела сраться с этими горлохватами из-за какой-то дуры, которая не понимает, какому заклятию какое время положено, и слила ее с чистой совестью, — равнодушно ответила девушка, копаясь в смартфоне. — По слухам, Михеев лично этой идиотке сердце вырезал. В принципе верю. Он может. Ну что, поехали? Машину вызывать? Адрес только скажи.
— Там ничего интересного не предвидится, — предупредил ее я. — Просто призрак, которого надо отправить туда, куда следует. Мегабитвы с искрами, вспышками и эктоплазмой не последует. Скучная рутинная работа — и все.
— Так и работай, — согласилась Василиса. — А я погляжу.
По всему стоило бы ее, конечно, послать куда подальше. Ну, в самом деле, я же не на детский утренник собираюсь и не в цирк. Что это за «а я погляжу?». Но, с другой стороны, очень мне хотелось еще одну шпильку в бок Нифонтову засадить за его утренние дела. Ну и еще один резон тут имелся, личного характера.
В такси ведьма сцапала мою ладонь своей, переплетя наши руки, да еще и голову мне на плечо положила.
— Василиса, все понимаю, но это уже лишнее, — заметил я. — Нет, все трогательно, мило, мимимишно, но перебор.






