Саженцы из питомников, в которых работали специалисты по связям с потусторонним миром, росли в три раза быстрей обычных. Миллионы гектаров молодых лесов тому порукой. Само по себе развелось зверьё, зашелестели травами и молодой порослью полупустыни, зазеленело Приаралье, принявшее сотни тысяч, если не миллионы голов диких копытных и сотен хищников — клонированных учёными гепардов, леопардов и прочих клыкастых и рыкастых, которые прекрасно адаптировались к условиям быстро меняющейся степи и дали жизнеспособное потомство, причём не первое. Люди охотно переселялись на облагороженные земли с приятным климатом, который с резко континентального сдвинулся в сторону умеренного.
Некоторые могут покрутить пальцем у виска, добавляя присвист к недалёкому уму учёных, строителей и проектировщиков водных каналов, но дело в том, что никто в здравом уме не собирался строить гигантские водохранилища и затапливать половину Сибири. Да, водохранилища строили и глубочайшие резервуары клепали будто горячие пирожки, но вместо каналов во многих местах использовали трубопроводы высокого давления, благо на севере Новосибирской области запустили в работу первую очередь «энергетических плетей» — «дармовых» электростанций, работающих на эффекте термопары. Сказались-таки многомиллиардные вложения в развитие науки. Технологию термопар довели до ума, а уж природа России-матушки сама велела для общей пользы использовать горячую воду недр и стылую мерзлоту с вечно холодными полями тундры. Пятьдесят гигаватт мощностей первой очереди «Плети», треть из которых отдали под обеспечение перекачки воды, окупили себя за первый год, позволив снизить стоимость электроэнергии в стране до сущих копеек. Конечно, были недовольные подобным развитием событий, особенно в энергетических компаниях, которые лишились здоровенного куска прибыли, но с ними провели работу: кого-то успокоили, кого-то упокоили. Миллиарды полновесных рублей государственных и частных инвестиций взяли плату кровью…
Надо понимать, что деньги в циклопические стройки вкладывались не просто большие, а очень большие. «Кровь экономики» всегда привлекала различных паразитов и «кровопийц» и она же дала пищу промышленности с множеством отраслей и прикладной наукой. Сотни и тысячи учёных занимались проблемами солончаков и плодородием почв, не меньше работников опытовых станций курировали тысячи вертикальных теплиц, выстроенных в когда-то пустынных районах. Наука, подхлёстнутая поставленными задачами и щедрым финансированием, двигалась если не семимильными, то трёхмильными шагами. Сильно шагнуло вперед среднее и тяжёлое машиностроение… Новые высоты покорили государственные агитация и пропаганда.






