Воин, готовый идти в бой за честную плату, порой надёжнее дворянина, воюющего ради титула. Такова жизнь.
Сам главный контурщик Чёрного Лебедя стоял расслабленно перед тысячной толпой. Высокий, сутулый, закутанный в тёплую серую шинель поверх военного мундира. Тёплая шапка из меха, седая борода по грудь, лицо, как и подобает старцу, в глубоких морщинах. Глаза серые, выцветшие, но острые. Очень острые. Его взгляд был способен видеть то, что недоступно большинству практиков. Железнов мог смотреть на человека и разглядеть его истинный ранг, скрытый или открытый. Мог различить качество эфира. Определить, какие техники практик использовал недавно, по остаточным следам в его энергетической структуре. Данный дар сделал его одним из выдающихся контурщиков Империи. И он же сделал его жизнь утомительной. Перебор получаемой информации. Перебор с деталями. Иногда хотелось просто-навсего закрыть глаза и не видеть всю бесконечную паутину энергий, что пронизывает мир.
Формально его присутствие здесь, в наёмническом секторе, объяснялось двумя причинами. Первая — поднять боевой дух. Когда сам архимагистр приходит на построение простых наёмников, это показывает уважение, признание их вклада в оборону. Вторая, более практичная — отобрать контурщиков для переброски на центральное направление. Вчера именно там были самые кровавые бои, и сегодня туда же ожидается главный удар британцев, так что навыки добротных контурщиков необходимы в предстоящей битве как воздух. Любой дополнительный барьер, усиленный щит или вспомогательный контур над головами пехоты может спасти десятки жизней.
Справа от него стоял майор Дроздов. Слева — капитан Соболев, адъютант и помощник архимагистра. Молодой, энергичный, с записной книжкой в руках.
Дроздов монотонно зачитывал имена:
— Четвёртый взвод контурщиков! Пётр Малышев, Эдуард Кравцов, Александра Ветрова…
Железнов слушал вполуха. По правде говоря, он устал. Очень. Вчера весь день координировал работу сотен контурщиков, поддерживая барьеры, усиливая критические узлы обороны. К вечеру едва стоял на ногах. Дело не в истощении эфира или же физиологической перегрузке. Отнюдь. Просто устал ДУМАТЬ. Да, координация контурщиков подобно логической задаче, интеллектуальной игре по типу шахмат. И вчерашняя долгоиграющая партия серьёзно так напрягла ему мозги. Британцы — профи. Играть против них на поле битвы, где любой неверный ход, может оказаться смертельным — та ещё морока. Выматывает. Так что старик вроде и уснул без задних ног, вот только проспал часа четыре, не больше. Объективно говоря, катастрофически мало для человека его возраста, особенно после такого дня. Но так вышло. Голова гудела от мыслей. Сегодня предстоит новая партия. Только куда более интенсивная.






