— Спасибо, что согласились мне помочь, — ответила я на рукопожатие.
Профессор уверил, дескать, с большим удовольствием взялся за уроки, но в воздухе витала невысказанная мысль, что никто в здравом уме будущим драконьим владыкам не откажет. Он проследил, как я уселась за стол на первом ряду и с натугой выудила из сумки из-под скомканного фартука чуток помятый блокнот для записей.
— Что вы знаете о северных драконах, Анна?
Кроме того, что от отчаянья согласилась выйти за одного из них замуж? Пожалуй, ничего стоящего.
— Они живут на северных островах, — выдала я не самый богатый запас знаний.
— А об эсхире?
— На островах говорят на этом диалекте.
Возникла задумчивая пауза.
— У нас всего две недели? — Профессор посмотрел на меня с откровенной жалостью и удрученно покачал головой. — Тяжелый случай.
Он даже не представлял насколько тяжелый. Да просто неподъемный! С иноземными языками у нас была взаимная нелюбовь. Они мне не давались, но и я никогда не планировала покидать Валлею.
— Я не амбициозная, профессор, — уверила опечаленного преподавателя. — Если к концу наших занятий смогу без запинки спросить, как пройти в библиотеку, то буду считать это победой.
Внезапно он что-то произнес на отрывистом и резковатом драконьем языке.
— Простите?
— Так звучит на эсхире вопрос, как пройти в библиотеку? — пояснил он. — Пожалуй, есть смысл сосредоточиться именно на разговорной речи.
— Согласна! — энергично кивнула я. — Можно еще раз повторить? Я запишу.
Через три часа в гудящей голове из целого вороха записанных и по десять раз повторенных фраз беспрерывно крутилось: как — бестия раздери! — пройти в библиотеку? Понятия не имею, чего меня зациклило на несчастной библиотеке, словно, попав на Фьорет, я первым делом собиралась бежать за книжками. Не умея ни читать, ни писать и не зная алфавита.
— Традиционное приветствие у северных драконов звучит так… — Профессор произнес длинную фразу. — Дословный перевод: пусть ветер омывает твои сильные крылья, кейрим. Кейрим — это владыка. Записываем и повторяем.
Чуть язык не сломала! Спасло только то, что он уже плохо шевелился.
На десятый раз, когда стало ясно, что, пожалуй, в первое время мы с будущим мужем, тем самым кейримом, как-нибудь обойдемся дипломатичным «здравствуйте», в памяти вдруг всплыло слово, которым он назвал меня в ректорском кабинете. Никак подсознание подкинуло, чтобы скрипящим мозгам дали минутную передышку.
— Профессор, что значит«кайрими» ? — выпалила я.
— Похищенная жена, — запросто перевел он.
— То есть не корм, не пища, не лакомство? И точно не бранное слово?
— Определенно, нет. В брачных традициях северных драконов похищать невесту. Отсюда и пошло это красивое обращение.
Про красоту готова поспорить, но «похищенная жена» звучит лучше «любимой еды».






