Надеюсь, что небольшой демонической энергии, сохранившейся в вашей метке, хватит.
Через несколько секунд Адриан прекратил рисовать.
– Ну вот, могу вас освободить!
Элиза открыла глаза. Комната теперь сильно изменилась. Маргарет убрала всю мебель, стены и пол были покрыты разнообразными знаками. Граф должен был ещё закончить второй пентакль, но он уже принял форму. Она узнала часть использованных знаков, хотя Адриан изменил их и украсил множеством других. Они остались одни, Бартелеми и Маргарет были заняты собственными приготовлениями.
– Я боюсь, – призналась Элиза.
– Вы делаете то, что сами считаете нужным.
– Я подвергла город опасности. Могла… попросить вашей помощи…
– На вашем месте я поступал бы ещё безрассуднее. Маргарет этого бы никогда не одобрила. Поверьте, я считаю, вы были гораздо более здравомыслящей!
Граф был из тех, кто всегда говорит то, что думает. Он покинул Элизу, и она вдруг почувствовала себя совсем не при деле.
Бартелеми то входил в дом, то выходил к своим подчинённым. Он раздавал приказы и инструкции. Рафаэль, его коллега, заставил ненадолго остановиться и нарисовал на его лбу заклинание.
Маргарет переоделась. Чёрное платье сменилось кольчугой, вместо ситцевого передника, который она носила постоянно, появился металлический. Волосы были заплетены в косы по бокам. Маргарет была не похожа на себя. Время от времени жёсткая ухмылка кривила её губы, и Элиза поняла, что она явно радуется. Это вызвало опасения.
Элиза глянула в окно. Где Грег’сан? Верно ли граф оценил ситуацию? В кабинете барона была кровь – значит, он ранен или при смерти? Она была уверена, что ничего хорошего не ожидается.
* * *
Где-то в городе, в сумрачном переулке, ноги сами несли Грегуара неизвестно куда. Перед глазами мелькали тёмные точки, но боль постепенно утихала. Он остановился, прислонился к стене, чтобы не упасть. Рубашка была пропитана кровью, по всему телу пробегала дрожь.
Он услышал какие-то хрипы.
Грегуар пошёл на звук и обнаружил трёх оборванцев, явно под действием каких-то снадобий. Один бредил, уставившись в розовеющее закатное небо.
Скоро солнце село.
– Сожри их, – приказал он хриплым от усталости голосом.
Один из бродяг очнулся было и завопил, но лишь на одну секунду. Демон вытянул из тел энергию до капли, оставив лишь мумии в куче замусоленного тряпья.
Опираясь спиной на холодный камень, Грегуар облегчённо вздохнул: его вены наполнились магией Сана. Он поднял рубашку и рукавом вытер кровь вокруг ранения. Ткань была уже вся пропитана ей, рана частично закрылась.
Боль прошла, осталась только усталость. Он сел на корточки, спрятал лицо в ладонях. Ветер, гулявший по улице, заставил его вздрогнуть. Сколько жертв оставил он за собой? Десять, двадцать? Не считал. Чтобы его не выследили, отбирал жизни аккуратно.






