Это было нарушением всех приличий, и Маргарет вовсе не хотелось иметь дела со сплетнями, которые помешают её повседневным обязанностям. И девушка, и Адриан достигли возраста, подходящего для брака. Пребывание под одной крышей нарушало элементарные нормы морали. Маргарет попыталась возразить, но вспомнила: в послании Каме’льяллы ничего не говорилось на этот счёт. Если Элизабет останется здесь, они смогут сохранить тайну, что было бы весьма желательно.
Маргарет послала на девушку заклинание, лишающее веса.
Амбруаз кашлянул.
– Она из ничтожников. На неё никакие заклинания не действуют.
Адриан закатил глаза. Маргарет поняла, что совершила ошибку, и постаралась скрыть смущение. С помощью другого заклинания она добавила силы своим мышцам.
Поднявшись на второй этаж, произнесла заклинание сквозняка слишком раздражённо, и дверь распахнулась, ударившись о стену. Маргарет тихо выругалась. Она уложила Элизабет на кровать, осмотрела синяк и царапины, потом изучила демоническую метку. Услышав шаги, резко повернулась с угрожающим видом. В комнату вошёл Амбруаз. Маргарет не нравилось его присутствие в этом доме, и она не собиралась скрывать своего недовольства. – Не смотрите на меня так. Меня вызвал Адриан, и я рад, что смог откликнуться на его просьбу. Трудно отказать в услуге графу де Фанри, сыну Каме’льяллы!
– Если он вас пригласил, я не вправе возразить.
Как будто получив разрешение, Амбруаз подошёл к пациентке, проверил пульс и дыхание.
– Раны у неё не тяжёлые, но она совершенно обессилена. Нужна вода и чистое полотно.
Из разных шкафов и кладовок Маргарет телепортировала требуемое. Она поставила тазик на стол у изголовья и наполнила его с помощью печати воды. За это время врач раздел Элизабет до белья. Он осмотрел ушибы. Потом с помощью стетоскопа, древнего приспособления, послушал лёгкие. Маргарет наблюдала за ним с интересом. Медицинские заклинания позволяли проверить здоровье пациента, даже не снимая с него плаща. За последние полвека медицина добилась огромных успехов, всё дальше отодвигая смерть. С помощью соответствующих заклинаний большинство уходило в мир иной не раньше столетнего возраста. Действия доктора заставляли вспомнить учебник древней истории.
Амбруаз намочил в воде салфетку, выжал хорошенько и обтёр рану на руке Элизабет. Она никак не реагировала.
– В комнате слишком холодно, – пробормотал он, – если она останется здесь дольше, надо что-то сделать.
– То есть? – спросила Маргарет.
– Магия на неё не действует.
Он её за дуру держит? Она знает особенности ничтожников! Маргарет стиснула зубы, с трудом удержавшись от едкого замечания в адрес Амбруаза.
– Нужно всё приспособить для неё, чтобы она могла жить с максимальным удобством, – добавил он.






