ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Товар — форма экономической клеточки буржуазного общества. Ум человеческий бился над её анализом более двух тысяч лет, но безуспешно: здесь не помогут микроскоп и химия, нужна сила абстракции. Для непосвящённого это выглядит мудрствованием вокруг мелочей, но именно из таких мелочей складывается вся структура капиталистического способа производства. Мой предмет — капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения. Классическая страна этого способа — Англия, и потому она служит главной иллюстрацией для моих выводов. Но не обольщайтесь: дело не в ступени развития, а в самих законах, осуществляющихся с железной необходимостью. Промышленно развитая страна показывает отстающей лишь её собственное будущее. Мы страдаем не только от живых, но и от мёртвых: вместе с бедствиями современной эпохи нас гнетут унаследованные бедствия изживших себя способов производства. Общество — не кристалл, а организм, способный к превращениям. Остаётся лишь один вопрос: что мы готовы сделать, чтобы сократить и смягчить муки родов?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Производство прибавочной стоимости, как и стоимости вообще, приобретает в процессе обращения, как показано раньше, новые определения; капитал проходит круг своих превращений; наконец, из своей, так сказать, внутренней органической жизни он вступает в отношения внешней жизни, в отношения, где противостоят друг другу не капитал и труд, а, с одной стороны, капитал и капитал, с другой стороны, индивидуумы, опять-таки просто как покупатели и продавцы; время обращения и рабочее время перекрещиваются на своем пути, и таким образом кажется, будто и то и другое одинаково определяют прибавочную стоимость; та первоначальная форма, в которой противостоят друг другу капитал и наемный труд, замаскировывается вмешательством таких отношений, которые кажутся независимыми от нее; сама прибавочная стоимость представляется не продуктом присвоения рабочего времени, а избытком продажной цены товара над издержками его производства, благодаря чему эти последние легко могут показаться его действительной стоимостью ( v aleur intrin-seque), так что прибыль кажется избытком продажной цены товаров над их имманентной стоимостью. Правда, в непосредственном процессе производства природа прибавочной стоимости все же постоянно доходит до сознания капиталиста, как это уже при рассмотрении прибавочной стоимости показала нам его алчность к чужому рабочему времени и т. д. Но, во-первых, сам непосредственный процесс производства есть лишь преходящий момент, который постоянно переходит в процесс обращения, как и наоборот, так что с большей или меньшей ясностью пробивающаяся в процессе производства догадка об источнике создаваемого в нем дохода, т. е. о природе прибавочной стоимости, выступает в лучшем случае как столь же правомерный момент наряду с представлением, будто реализуемый избыток происходит от такого движения, которое является независимым от процесса производства, возникает из самого обращения и принадлежит капиталу независимо от его отношения к труду. Недаром даже современные экономисты, как Рамссй, Мальтус, Сениор, Торренс и т. д., прямо ссылаются на эти явления обращения, как на доказательства того, будто капитал просто в своем вещном существовании, независимо от его общественного отношения к труду, которое только и делает его капиталом, является, наряду с трудом и независимо от труда, самостоятельным источником прибавочной стоимости. Во-вторых, под рубрикой издержек, к которой заработная плата относится совершенно так же, как цена сырья, износ машин и т. д.