ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я был тренером сборной по фехтованию. Погиб под колесами грузовика — и очнулся в чужом теле, в латах, с мечом, посреди какого-то леса. Судя по доспехам, золотым шпорам и коню, я теперь рыцарь. Только вот беда: тело это — бастард графа д’Арманьяка, за которым уже гнались с арбалетами. А вокруг — Франция пятнадцатого века. Папаша мой осажден в городе войсками короля Луи, и я должен доставить письмо королю Арагона. Если не доставлю — конец всем нам. Денег полно, вино отличное, тело молодое и здоровое. Но я не знаю истории, не знаю, как выжить в этом времени, и единственное, что умею, — это фехтовать. Правда, местной тяжеленной железякой, а не спортивной саблей. Ладно. Сдохнуть я всегда успею. Сначала надо разобраться, куда меня занесло и как отсюда выбраться. А там посмотрим.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если старый греховодник, то есть папенька мой, считает, что рей Арагона может помочь, то, значит, так и есть. Недвусмысленно намекается, что сей Хуан и еще несколько царственных товарищей из Бургундии и Гиени — никак не друзья этому Луи-Людовику. То есть получается: враг моего врага — мой друг. К тому же дворяне Гаскони — а я, черт возьми, получаюсь гасконец — поддерживают папашу. Не все, но многие. Король, попросту говоря, собирается урезать дворянские вольности и сделать из нашего края свою вотчину… Сами понимаете, гордые гасконцы, мягко говоря, не совсем согласны с этими инициативами.

Напрашиваются следующие выводы: срочно мчать в Арагон с письмом… Ага… Вот оно и письмо, запечатанный восковыми печатями тубус… И вести домой подмогу. Бить Людовика в хвост и гриву, отстаивая гасконские вольности.

А что нам, гасконцам? Принадлежность к столь прославленной национальности льстит нешуточно, даже некая лихость в мыслях появилась.

И почему я не выбрал на жизненном поприще стезю историка? Вот сейчас бы знал заранее, чем эта катавасия закончится. Ан нет, я не историк, поэтому гадание на кофейной гуще получается, то есть авантюризм чистой воды. Но как ни суди, без авантюризма из этой истории не выпутаться.

Значит, что… Сбежал я из Лектура вчера. Город, судя по записи Жана… тьфу ты… моей же записи, хорошо укреплен, силы в нем значительные, и может продержаться еще долго. Собственно, и держится он уже три месяца…

А сколько мне переть до Арагона?

И вообще, где я сейчас нахожусь… преемник-то мой никакой картой не озаботился.

Ладно, пора собираться и куда-нибудь направляться: деньги есть, язык понимаю, внешность благородная, натура гасконско-русская; значица, все шансы на успех имеются. Безопаснее, конечно, со свитой, но… нету. Вчера, очевидно, все пали, прикрывая мой отход. Вечная вам память…

Уложил все вещи обратно, из доспехов надел только кольчугу и поверх нее — кирасу, хватит пока, потом оседлал Родена.

— Ну что, Жан Жанович д’Арманьяк, голова боится, а руки делают, пора и делом заняться… Дранг нах Арагон, едрит ее в качель… — Запрыгнул в седло, повертел булками, умащивая седалище, лихо заломил берет и слегка тронул шпорами жеребца. — Поехали, родной…

Роден сам выбрал направление и неспешно потрусил в просвет между зарослями. Скотина умная… куда-то да вывезет, а я пока покручу головой по сторонам, рассматривая средневековый лес.

Лепота… воздух чистейший, даже голова кружится, живности море. Куропатки, фазаны, даже небольшое стадо косуль мелькнуло. Представляю, какая здесь рыбалка. Природу активно загаживать начнут только через несколько столетий. Ну, ничё… Это даже просто отлично. Еще один положительный момент в моем перевоплощении. Всякими ГМО и прочими гадостями травиться не буду.