ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это продолжение истории о потомке Петра. Я оказываюсь в эпохе, когда правит Елизавета Петровна, и моё сознание соединяется с сознанием Петра Фёдоровича. Теперь я — иной наследник русского престола, и я намерен стать значительнее, чем был он. Цесаревич Денис Старый Это продолжение истории о потомке Петра. Я оказываюсь в эпохе, когда правит Елизавета Петровна, и моё сознание соединяется с сознанием Петра Фёдоровича. Теперь я — иной наследник русского престола, и я намерен стать значительнее, чем был он. ==================== Пролог Пролог Три года, интереснейших три года, прошло в моей новой жизни. Я должен благодарить некую организацию, которая меня, Сергея Викторовича Петрова, весьма небедного в двадцать первом веке человека, перенесла в прошлое. Тогда, уже отчаявшись выздороветь, истратив немало средств, но главное, сил, я обратился к шарлатанам, только так я относился ко всякого рода дельцам, спекулирующим на жажде жизни безнадежно больных людей. И ведь получилось. Да, результат вышел, мягко сказать, спорным, — я не выздоровел в своем времени, но оказался в другой, уже ставшей более «своей» эпохе. После блужданий по сознаниям убитых императоров, я очнулся в теле Петра III и… опять был убит. Можно было предположить, что это продолжится и далее, в истории еще хватало убиенных властителей и России и Московского Великого княжества и Древней Руси, но, нет — неведомая сила остановилась на личности Петра Федоровича. Это тот самый некоронованный император, если не считать причуды ег

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тогда же можно и думать о железнодорожном транспорте в военных целях, соединяя места расквартирования войск и регионы рядом с будущими театрами боевых действий. А войн хватит на каждое поколение.

Пока обсуждались перспективы конок, какие лучше породы лошадей закупать для них, мне сообщили, что прибыл Илларион Иванович Лугинин.

Передо мной предстал еще на вид молодой человек, в богатом купеческом одеянии, среднего роста, с небольшой залысиной, круглым лицом со следами усталости… нет, скорее всего, господин Лугинин увлекся вчера хмельным.

После взаимных приветствий и знакомства, я направил разговор в нужное русло:

— Илларион Иванович, ходили слухи, что Вас заинтересовали местности у реки Миасс? — спросил я.

Если сейчас Лугинин скажет, что никакого интереса к названному региону не имеет, то просто распрощаемся. Я уже знаю, что люди именно Иллариона, а не его отца, тайно отправились недавно исследовать Миасс. Человек Шешковского в Самаре написал об этих личностях и о том, что удалось у них проведать во время застолья. Другой агент отписался об том же из Оренбурга.

— Не могу знать, откуда Ваше Высочество ведает о том, что я имею интересы к Миассу, я токмо измышлял о тех окраинах, а оно воно как… Полагаю, что нынче мне не след глядеть в ту сторону? — Илларион Иванович посмотрел на меня и сразу отвел взгляд.

— Вы не правильно расценили мой вызов на разговор, господин Лугинин. Если Вы даете свое согласие войти деньгами и своими людьми в прожект, о коем я расскажу, то оставайтесь в нашей компании и будем работать, — я посмотрел на моих уже сложившихся компаньонов и обратился к ним. — Господа возражений нет?

Подобным построением фраз я не оставил шансов уральским горнозаводчикам не согласиться со мной. «Свежая кровь» в виде купца Лугинина и его управленческих ресурсов была необходима. Все мы страдали от кадрового голода, и было бы крайне сложно, даже с напряжением больших сил, реализовать масштабный проект, что я хотел предложить.

— Итак, господа, если все согласны, то опишу ту задумку, что у меня есть. Когда я это сделаю, то возможности выйти из нашего компанейства не будет, — я сделал паузу, давая время еще раз обдумать мною сказанное, или задать вопросы. Выждав более минуты, продолжил. — Итак, господа все Вы, я скорее обращаюсь к Вам, Илларион Иванович, ибо мои друзья уже это сделали, вкладываетесь четырьмястами тысячами рублей в Русско-Американское компанейство. Уже есть нужда, как говорят англичане, собирать большой конвой в Америку. Но окромя заморских земель, есть интерес к реке Миасс.

— На одном из притоков, каком именно, не знаю, [река Ташкутарганка] реки Большой Иремель есть золото, — не успев насладится удивленными лицами сидящих рядом, я продолжил обескураживать.