Порядка двадцати пяти человек. Вероятно, изначально он был больше, но часть его уже осталась лежать навеки в чужих землях. И никакого обоза, за исключением нескольких вьючных лошадей, при них не было. Это немного удивляло.
— Любопытно, откуда же мы будем брать всё необходимое в столь дальней дороге, — с беспокойством проговорил Ханс, как истинный ответственный за хозяйство, — Может они станут покупать по пути? Это же сколько нужно на такую ораву, плюс лошади. У них, что — с собой целое состояние, что ли?
— Не знаю, — пожал я плечами, — Скоро увидим.
Ответ оказался предельно прост — всё добывали грабежом. Самый быстрый и простой способ пополнить припасы. По дороге, таинственный шаман с каким-то поразительным чутьём выискивал подходящие селения, не имевшие укреплений и гарнизонов или небольшие купеческие караваны.
Его всадники совершали внезапный налёт. Убивали сопротивлявшихся и брали только самое необходимое — лошадей, оружие, продукты и нужное снаряжение. Остальное бросали. Иногда захватывали местных проводников. Затем, тут же исчезали, словно призраки. Поэтому отряд двигался очень легко и быстро, минуя главные тракты и большие дороги. Ночевали в лесах и других естественных укрытиях, не заходя, без необходимости, в селения. Я заметил, что дисциплина, выучка и маскировка у них были на высшем уровне. Настоящий средневековый разведывательный «спецназ»! А всё, что удавалось узнать стратегического и полезного по дороге, Шамсуддин и его помощник тщательно фиксировали и записывали. Понятное дело — готовили подробный отчёт для Тамерлана.
Честно говоря, мне не очень-то по душе была такая варварская манера «финансирования» их экспедиции — грабёж и убийства мне претили. Но что было делать? Какие времена — такие и нравы… Как говориться: «С волками жить…» Никуда не денешься. А степняки, тем временем, совершенно не испытывали никаких угрызений совести. Что и говорить — «тёмные века». Хорошо еще, что, будучи сами на положении безоружных почётных пленников, мы не участвовали во всём этом разбое, а лишь только наблюдали его со стороны.
Нас тоже все эти азиаты восприняли очень настороженно и недоверчиво. Хотя никакой агрессии они не проявляли, но мы не раз ловили на себе недружелюбные взгляды. Не скрою, было неприятно и немного тревожно…
— Ох чует моё сердце — как-нибудь ночью во сне, они точно перережут нам горло…, - вздыхал потихоньку Ханс.
И порой его опасения казались мне не безосновательными. Я как-то поделился своими наблюдениями с Шамсуддтном. Но в ответ он решительно заявил:
— Да, они не любят чужаков, ещё и иной веры. Друзей вы здесь точно не найдёте. Но вам не о чем беспокоиться. Вы — гости и послы. Никто не посмеет вас тронуть без приказа.
Очень хотелось бы в это верить….






