Даже мыши в порыве вдохновения вырезали маленькие мечи, о которые они сейчас с удовольствием стачивали зубы.
— Правда? — удивлённо посмотрел на меня Бай Шань. Потом легко поднял его, как пушинку, подкинул и поймал за рукоять, несколько раз прокрутив. Бай Шань с мечом — это совершенно другой Бай Шань, чем без меча. В его руках неподъёмная для меня железка была не просто невесомой пушинкой, она была воздушным, невесомым продолжением его руки. Каждый выпад, каждое движение больше напоминали танец, он буквально перетекал из одного положения в другое. В какой-то момент я поняла, что просто не различаю меч в его руке, лишь остаточное движение. Это было завораживающе. Сяо Ма на это смотрел буквально сияющими от восторга глазами, ещё больше проникаясь восхищением к Бай Шаню.
Подозреваю, что если Бай Шань скажет Сяо Ма спрыгнуть с горы, он спрыгнет. Так что с выполнением требований временного наставника у мелкого не будет проблем, ну разве что физических — это я на ходу придумываю причины поотлынивать.
— Слишком лёгкий, надо было взять вам что-то посерьёзнее, — пробормотал он. И я, посмотрев на меч в его руке, сама невольно задалась вопросом, а не придумала ли я себе всё. Действительно, не такой уж и тяжёлый.
Вот только долго держать его на вытянутой руке, чтобы «почувствовать его как продолжение», я не смогла.
— Я его даже поднять не могу, — пыталась убедить я несговорчивого практика, в целом несколько преувеличивая масштаб проблемы. Поднять меч я могла и даже некоторое время держать его на вытянутой руке, но именно секунд двадцать. После этого рука начинала дрожать, и меч сам собой опускался. За что я получала крайне недовольный взгляд Бай Шаня, лежащего на шезлонге и читающего какой-то роман, купленный в книжном. Мой роман, купленный мною. Роман про лису и учёного, мои постыдные guilty pleasure.
— Ещё раз уронишь меч, я расскажу, чем роман закончится, — с усмешкой пообещал Бай Шань.
— Если ты мне расскажешь, чем этот роман закончится, я тебя без всякого владения мечом убью, — с такой же усмешкой пообещала я, но меч старалась больше не ронять, плавно опуская его вниз, когда держать становилось невмоготу.
И да, у Сяо Ма таких проблем не было. Может, он понимал, что лучшего учителя фехтования ему не найти, но от мальчишки я не слышала ни слова недовольства. Надо держать меч на вытянутых руках, пока горит зажжённая палочка благовоний, — будет держать. Протащить вёдра с водой до дома гусиным шагом — дотащит. Стоять в странной позе, названной лошадью, то ли чем-то с лошадьми связанной — будет стоять. Обливаясь потом, сцепив зубы, до дрожи в руках, но будет. Мальчишку мне было жалко, но если я могла себе позволить ныть и возмущаться, то в отношении тренировок Сяо Ма я молчала. Это был его путь.






