А ведь Валентина была с нами в ту ночь, как минимум с половины второго. В два часа ночи приехал Иван Иваныч, потом стрельба и прорыв.
Островский очень странно на меня посмотрел, потом продолжил, как ни в чём не бывало:
— Ну, а остальное ты знаешь.
Блин, ещё подумает не то…
После обеда прибыли первые аномальщики. И не только из Петрозаводска. Не успел я поприветствовать и разместить своих друзей, как начали прибывать и другие бойцы будущего отряда. Здесь уже и Капитанов ко мне подключился. Среди самых первых приехали и бывшие космонавты, Сергей Киров и Спартак Спирин.
— Капитан Киров и капитан Спирин для прохождения службы прибыли! — отчеканил Сергей, которого я сразу узнал по фотографии.
— С прибытием! — я сразу взял неофициальный тон. — Я Алексей Неверов, ваш новый командир, и мой зам, Глеб Капитанов.
— Прошу прощения, товарищ Неверов, — немного растерялся Киров, — но как к вам обращаться?
Я мысленно усмехнулся. Началось…
— Можно по имени, можно по фамилии, можно по должности, — пожал я плечами. — Как удобнее, так и обращайтесь. По званию не стоит, несолидно получится.
— У нас тут сборная солянка со всего союза, — пояснил Глеб, — так что не удивляйтесь. В отряде два витязя, я в звании майора, а второй — старший лейтенант. А командир у нас — вообще младший лейтенант, и ратника месяц назад поднял.
Космонавты переглянулись между собой.
— Пожалуй, товарищ командир лучше подходит, — резюмировал Сергей, который в их двойке был явно за старшего.
— Раз с этим вопросом определились, — усмехнулся я, — короткая экскурсия, и за вами приедут. Для вас есть отдельное задание. Как насчёт полетать на Миг-31?
* * *
— Что такое важное случилось, Валечка, что ты решила пообедать с отцом? — Юрий Николаевич Морозов тепло посмотрел на дочь.
Обед им накрыли в личной комнате отдыха генерального секретаря, примыкающей к рабочему кабинету.
— Соскучилась, — Валентина ответила тоном маленькой девочки, но лицо её при этом было совершенно серьёзным.
— Тогда, пожалуй, распоряжусь, чтобы нас не беспокоили, — нахмурился отец, сразу понявший, что дело не в дочерних чувствах.
Когда он вернулся, Валентина достала из сумочки глушилку.
— Всё настолько серьёзно? — приподнял бровь Морозов.
— Да, — уверенно ответила Валентина. — Но давай обо всём по порядку.
Следующие четверть часа она вводила отца в курс дел по Медиатору, которого они знали как Юрия Беленко, и по Роберту Фоксу, который оказался с ним связан.
— Было бы наивно полагать, — заметил Морозов, внимательно выслушав дочь, — что американцы так просто успокоятся. Но тебя, кажется, волнует не это?
— Совершенно верно, — кивнула Валентина и показала отцу планшет. — Вот это — контакты в руководстве партии и в правительстве Юрия Беленко.
— Знакомые лица, — ухмыльнулся Морозов.






