— Ну, я так понимаю, что одно из моих условий уже выполнено! — спокойно сказал я. — Теперь начинаем работать над другими. Или есть желание тоже возразить?
— Зачем же возражать! Мы к вам, господин маг, относимся со всем уважением, сидим тихо, не отсвечиваем! — нервно сказал Плотный, не в состоянии оторвать взгляда от трупа с обугленной после взрыва головой.
Слабоват у них лидер, ох, слабоват!
— Ну тогда работаем! Всем встать, вытряхнуть оружие и деньги на одеяло, плотно завернуть. Ручки шаловливые при этом держать на виду, чтобы ни одна монетка снова к ним не прилипла!
Бандиты, не пытаясь спорить, быстро приступили к выполнению моего ультиматума. Я, честно говоря, ожидал, что хоть одну лошадь попросят оставить или ножи, но нет — похоже, быстрое убийство двух наркоманов их совершенно ошеломило.
— Так, Длинный, да, ты, сворачивай все в одеяло, да уголки подверни, чтобы что в дороге не выпало! Ты, лежебока, да, ты, что под одеялом между двумя трупами отдыхаешь, экий ты извращенец, быстро метнулся и привел сюда ваших лошадей! Да не вздумай себе что вообразить дурное, там в засаде сидит парень, что тебя живо стрелами нафарширует, если только не в ту сторону дернешься! А ты, Плотный, подойди поближе, и давай, пока люди делом заняты, все мне про преступный мир столицы рассказывай! И если что соврешь, пеняй на себя!
----------
Глава 4
Глава 4
Плотный нерешительно подошел. Вблизи рассмотрел его лицо — фух, не наркоман! Вот кушает слишком много — это верно! Глазки и так были маленькие, а из-за переедания и вовсе утонули в глазницах, жир их снизу подпирал.
Первоначально был он застенчив и много путался. Но я, вспоминая разговоры бандитов у походных костров о былом, начал называть клички лидеров преступного мира. Я понятия не имел, когда конкретно какой из них правил в столице, но большинство этих имен оказались Плотному очень хорошо известны, и его былой страх умереть от моей руки стал на глазах трансформироваться в нечто другое — в неподдельное уважение. Я даже понял почему — он очень уважал тех преступников, имена которых я назвал, но он не знал всех, что я назвал! И что он должен был думать? Правильно! Что я знаком с бо́льшим количеством серьезных бандитов, чем он сам! Тем более что я не просто называл имена, я парой слов давал понять, что точно знаю, о ком веду речь. Не просто «А Рябого знаешь?», а «Рябой по-прежнему пьет только в «Золотой козе»?»
И после этого Плотного как подменили. Из него потоком полилась информация, я уже ничего и не спрашивал, а его было не заткнуть. Длинный, который до этого, пакуя конфискуемое мной имущество, явно подумывал вытянуть по-тихому нож и метнуть в меня, демонстративно отсел подальше от одеяла и держал руки на виду.






