ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вампиру Ан-Авагару поручили невозможное: собрать всех неприкаянных душ на равнинах Гнипахеллира и отвести их в царство Хель. Неупокоенные уже готовы обрушиться на живых голодной, ненавидящей силой — а он даже не знает, с какого края к ним подступиться. Простой «зов» тянет к нему лишь жалкие горстки, и каждая давит на плечи ледяной тяжестью. Тут, похоже, и впрямь надо быть богом. А ещё эта проклятая Клара Хюммель лезет в голову, и её строгий взгляд, оказывается, важнее, чем радости охоты. Но отступать некуда. Хедин не прощает непослушания, а мёртвые ждут. И если простых заклятий мало — придётся чертить фигуры и делать то, чего он никогда не делал.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Асгард Возрожденный

Ник Перумов

Вампиру Ан-Авагару поручили невозможное: собрать всех неприкаянных душ на равнинах Гнипахеллира и отвести их в царство Хель. Неупокоенные уже готовы обрушиться на живых голодной, ненавидящей силой — а он даже не знает, с какого края к ним подступиться.

Простой «зов» тянет к нему лишь жалкие горстки, и каждая давит на плечи ледяной тяжестью. Тут, похоже, и впрямь надо быть богом. А ещё эта проклятая Клара Хюммель лезет в голову, и её строгий взгляд, оказывается, важнее, чем радости охоты.

Но отступать некуда. Хедин не прощает непослушания, а мёртвые ждут. И если простых заклятий мало — придётся чертить фигуры и делать то, чего он никогда не делал.

====================

Пролог Мера за меру

Пролог Мера за меру

Верить в неизбежность воздаяния и возмездия — очень хорошо, удобно и полезно. Для всех — сильных мира сего и слабых; вознесённых удачей, судьбой, трудом — и тех, кто так и пребывает в безвестности, нищете, бесславии. Не удалось отомстить на земле — не бойся, грозные боги подземных царств всё припомнят твоему обидчику, на то ведь они и боги.

Но случается так, что казавшиеся вечными боги исчезают бесследно, а вместе с ними и надежда на справедливость.

И вот тогда оказывается, что слабые и робкие, веками находившие утешение, веруя, что за смертной дверью каждому воздастся по делам его, вовсе не так уж слабы и не так робки.

Отними у человека надежду, и он сделается опаснее медведя-шатуна или бешеного волка-одиночки.

Вампир Ан-Авагар вновь стоял на сумрачных равнинах Гнипахеллира. Неупокоенных душ скопилось уже очень, очень много — и они не молчали. Тоскливые заунывные вопли оглашали ночь, белые тени беспорядочно влеклись то в одну сторону, то в другую, без смысла и цели. Серые волны катились сквозь мрак, и даже звёзды, казалось, глядели на них со скорбью и жалостью.

Их никто не прибрал, не призрел; никто не отвёл к месту последнего упокоения. Брошенные на произвол судьбы, они только и могли, что оглашать ночь бессильными жалобами; но ни Спаситель, ни Демогоргон, ни даже местные тёмные божки, буде таковые тут ещё оставались, не торопились предъявить на мёртвых свои права.

И это было странно, очень странно.

Ан-Авагар сердито закусил губу.

Великий Хедин тоном, не терпящим возражений, отправил вампира сюда, в Хьёрвард, собрать неприкаянные души и отвести их в залы Хель, как звалось местное царство мёртвых. Познавший Тьму был совершенно прав — неупокоенные готовы были вот-вот обрушиться на живых, обратившись в сгустки ненавидящей всё и вся полуразумной, донельзя голодной силы.

Однако он, Ан-Авагар, конечно, способен будить от долгого сна погосты, выпуская на волю дикие стада неупокоенных, — но направить на путь, повести за собой Чёрным Трактом орды и орды бесприютных духов?..