Кстати говоря, амброзия оказалась действительно изумительной и совершенно потрясающей на вкус. Абсолютно непохожей ни на один из ранее известных мне алкогольных напитков. Ну, разве что лишь по градусам и общему ощущению, как я смог понять после первого же глотка, она была несколько ближе к хорошему выдержанному вину.
Дионис, надо признать, оказался еще тем неутомимым балагуром и душой компании. М-да… Сразу видно, каким именно он был богом в древности. Количество разнообразных анекдотов, остроумных присказок и веселых комментариев практически на любую возможную тему было каким-то совершенно нескончаемым, они лились, словно из рога изобилия. Думаю, что в моем обычном мире он непременно как профессиональный ведущий любого праздника или торжественного мероприятия был бы просто нарасхват.
Время за шикарно накрытым столом пролетело незаметно, словно в каком-то приятном сне. А вот спокойно поговорить мы смогли лишь только тогда, когда изрядно затянувшийся роскошный ужин наконец-то закончился и мы остались одни, без лишних ушей.
Учитывая поистине удивительную расторопность местных слуг, обеденный стол буквально в считанные минуты оказался практически полностью пустым. Если, разумеется, не считать наших наполненных бокалов с божественной амброзией. Кстати говоря, полторы бутылки из принесенных Дионисом мы уже успели благополучно уговорить всей компанией.
Как я уже упоминал, она действительно оказалась по-настоящему волшебным напитком. Прогоняла прочь все печальные и тягостные мысли, что накопились за последнее время. И ощутимо ударила в голову… Но при этом совершенно не тем неприятным опьянением, к которому я успел привыкнуть за свою жизнь.
— Вижу, вы по достоинству оценили мое скромное искусство, повелитель, — с нескрываемым удовлетворением улыбнулся Дионис, внимательно глядя на меня, — давайте же поднимем наши бокалы с этой поистине восхитительной амброзией за то, чтобы мы непременно достигли выдающегося успеха в своем главном и благородном деле. В долгожданном возврате ушедших великих богов!
На этот раз мы все выпили стоя, что придавало моменту особую торжественность.
— Мне интересно, — весьма решительно начала Аврора, когда все снова уселись на свои места. — Что там в конце концов выяснилось с той злополучной квартирой? — вопросительно и с некоторой тревогой посмотрела она на присутствующую здесь Фемиду. — Что же именно там произошло на самом деле? Горгона все-таки предательницей оказалась?
— Аврора, — слегка насмешливо хмыкнула та, неторопливо пригубив ароматную амброзию из своего изящного бокала. — Тебе ли, опытной и мудрой, не знать, что подобные древние священные клятвы, какую она принесла, физически невозможно нарушить.





