ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Старший лейтенант Родин на шаг ближе к мечте об испытательской работе. Это ремесло не для слабых, однако Сергея всякий раз влечёт в небо из кабины самолёта, и он готов платить за это риском. Снова дорога ухабиста. До увольнения из Военно-воздушных сил осталось одно-единственное испытание, и оно будет самым серьёзным. Авиатор 10 Михаил Дорин Старший лейтенант Родин на шаг ближе к мечте об испытательской работе. Это ремесло не для слабых, однако Сергея всякий раз влечёт в небо из кабины самолёта, и он готов платить за это риском. Снова дорога ухабиста. До увольнения из Военно-воздушных сил осталось одно-единственное испытание, и оно будет самым серьёзным. ==================== Глава 1 Глава 1 Кабинет Иванова погрузился в напряжённое безмолвие. Рычание холодильника «Ока» несколько расслабляло меня в этот момент. Всё же, не каждый день ты соглашаешься на командировку в Африку. Причём в страну, где война не прекращается уже много лет. — Что-то хочешь спросить? — поинтересовался у меня Иванов, первым прервавший молчание. — Ничего. Всё равно, мы не так много знаем об обстановке в Анголе, — соврал я. — Или же знаем? Что-то из прошлой жизни мне было известно о событиях в этой далёкой стране. Кое-что можно было почерпнуть из советских газет и телевидения. Однако ни в прошлом, ни в будущем, досконально никто ничего не знал. За исключением тех, кто сам был в Анголе и выполнял интернациональный долг. — Ничего там серьёзного нет. Это не Афган, где за каждым камнем тебя хотят сбить из ПЗРК,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Командир Иванов боролся на руках с самим Хрековым, сменившим генеральскую форму на костюм. Конечно, проиграл, но для него это была честь. И за это музыкантам пришлось три раза подряд исполнить Марш авиаторов.

А может Павел Егорович Иванов так и задумывал, ведь он громче всех горланил знаменитую песню.

Бажанян и Буянов, хоть и вели себя скромнее, но искренне радовались за нас с Верой. До поры до времени, пока не услышали Марш авиаторов. Вспомнили всё — и Афган, и Осмон, и свои училищные годы. Хреков и другие активно делились своими воспоминаниями.

Без споров тоже не обошлось. Среди знакомых Полосовых оказались два начальника кафедры физической подготовки и спорта двух разных военных училищ Ленинграда. Один заступался за свой вид вооружённых сил, другой — за свой род войск. Рассудили их капитан первого ранга и полковник медицинской службы.

Обошлось без травм и увечий. И даже посуду не разбили. Остались лучшими друзьями.

Вера с интересом слушала истории от бабы Нади и своей мамы, а я продолжал отбиваться от предложений больших полковников. Каждый меня видел в армии, из которой я уже почти уволился.

На первом же перекуре я заметил, что Гнётов как-то скромен и старается избегать взглядов Хрекова и других людей с большими званиями. Не уж-то так сильно давит на него чёрная метка?

Выйдя на улицу, меня сразу подозвала к себе компания во главе с Андреем Константиновичем.

— Итак, товарищи! — приобнял меня генерал, когда я подошёл к нему. — Вот! Знакомьтесь…

— Андрей Константиныч, да мы уже знаем, — посмеялся капитан первого ранга. — Молодчик!

— Я с ним в Афгане был. Кто бы мог подумать, что Веру с Родиным судьба сведёт! Эх, Слава, жаль не увидел, — вздохнул Хреков, вспомнив отца моей супруги. — Пойдём, Серёжка. Поговорим.

Отойдя в сторону, Андрей Константинович, рассказал мне, что Верой очень дорожит, а для Беллы Георгиевны она как родная дочь. Дежурное напутствие, чтобы я её не обижал и в обиду не давал.

— И ноги не давай свешивать! А то…ладно, не на свадьбе об этом, — улыбнулся Хреков, промокнув платком щёку. — Может, просьба какая есть, Серый? Понимаю, что ты увольняешься с армии, но я готов оказать тебе какую-нибудь помощь.

Пришла мне одна мысль в голову в этот момент.

— Товарищ генерал, есть такой Григорий Максимович Гнётов. В Афгане он зам комэска был, — сказал я и Хреков начал размышлять, морща лоб.

— Ну, был и был. В чём просьба?

— Он почти год комэска, но его не назначают. Есть на нём…

— Чёрная метка? — перебил меня генерал и я подтвердил его соображения. — И ты хочешь, чтобы я его с командиром полка местами поменял?

— Зачем же так? Он уже долго и с иностранцами работает, и новый тип освоил. Эскадрилья лучшая в нашем полку…

— Говори прямо, Родин. Чего нужно? — снова перебил меня Андрей Константинович.