А у Мени было ограниченное число символов на панелях. Значит, я шёл в правильном направлении, но где-то ещё недопонял. Как же у тебя всё легко и просто, сестрёнка!
Колокольчик зазвенел, в помещении послышались шаркающие звуки. Я поднял голову над стойкой и увидел профессора Романова, он потихоньку шёл в сторону читальных столов, опираясь рукой на трость. Над его головой жужжал медицинский помощник. Выглядел пожилой мужчина немощным, но по сравнению с тем, до какого состояния его довёл паразит, было ясно видно, что профессор быстро шёл на поправку.
Старик дошёл до читального стола, неспешно присел на стул, достал из внутреннего кармана университетскую газету и начал её читать. Я вновь спрятался за стойку и продолжил свои изыскания: руна мороза пишется как элементарная руна тепла с дополнительной линией отрицания в виде размашистой петли и через смесь энергий воды и воздуха. Значит, руна распутывается как треугольник, треугольник, петля отрицания. Треугольник — это символ номер шесть, петля отрицания — ещё такого не было, значит символ номер пятьдесят семь.
Ещё раз звякнул колокольчик на входной двери.
— Валерий Валерьевич, — послышался голос профессора Немолова, — а я тебя обыскался. Дай, думаю, зайду сюда, а вдруг ты здесь сидишь. Зашёл и вижу — ты здесь сидишь.
— Ну а что ж мне в приятном тихом месте не посидеть-то, — у профессора, несмотря на немощный вид, был очень уверенный и спокойный голос. — Тут в воскресенье всегда хорошо, безлюдно. Я надеялся на чай от Флоры Олеговны, но немного просчитался. Ты по делу зашёл или просто так?
— И просто так, и по делу, — ножки стула скрипнули по полу, видимо, Немолов сел за стол к Романову. — Был вчера у Пошкиных на приёме, разговаривали о технологии записи информации в кристалл. Присутствовали мы с Марком, сами Пошкины, Апотины и Каллиговы. Итог встречи — мы смогли заинтересовать их в проекте.
— Ну, кто бы сомневался, — Романов усмехнулся. — Проект перспективный, интересный. Ресурсы целого университета в распоряжении наших промышленников, плюс возможность щёлкнуть по носу соседей. Это хорошая новость. Нам очень нужно это сотрудничество, мы сейчас варимся в собственном соку.
— Не соглашусь с тобой, — голос у профессора был спокойным, словно он обсуждал погоду за окном, — студенты проходят практику, получают опыт, востребованы в экономике…
— Ну, Сергей Петрович, сейчас не надо отчёт короне готовить. Мы с тобой прекрасно знаем состояние дел. Если медикам и военному факультету ещё везёт, то наши алхимики и рунисты сильно отстают в навыках. На заводы их не пускают из соображений безопасности, а мы не в состоянии дать им нормальную практику, масштаб не тот. Корона нам не помогает, скорее наоборот, только требует и отчитывает.






