ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сознание вернулось после аварии, и я обнаружил себя в каком-то проулке. Вроде всё на месте, я — это я. Только машины нет. И Москва вроде та, но какая-то неправильная. Следом я встретил девушку, тоже с причудами. Потом нас сцапала полиция. Но на форме у бойцов красовалось не «Полиция» или «ФСБ», а «Жандармы». Меня отделали: берцами по корпусу, затем палкой в отделении. И если мне на ходу начали лепить нелепые статьи о фальшивых купюрах, липовых удостоверениях и главным образом об атаке на особу императорской семьи, то спутницу мою выпустили сразу. Перед ней лебезили, глаз не могли оторвать и звали не иначе как Ваше Императорское Высочество! В какое же место меня занесло?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Спасибо, постараюсь не опоздать… Подожди, а большая столовая это как? А вчера я ужинал не в большой?

— Нет. Это малая столовая. Когда закончите, я позову Вас на завтрак и провожу.

— Ещё раз спасибо.

Я умылся. Почистил зубы. Посмотрел на бритвенные станки, потом на своё отражение в зеркале. Провёл рукой по подбородку и щекам. Подумал и решил, что легкая небритость будет не плохо смотреться в плане брутальности. Усмехнулся и отложил бритвенный станок. Хотя дома всегда брился. Вернулся в свою комнату. Тут уже суетилась другая молодая мамзель. Она пылесосила. Увидев меня, присела в поклоне.

— Извините, я скоро закончу.

— Всё нормально. — Выставил ладони перед собой. — Не торопитесь. Продолжайте.

Девушка вновь принялась за пылесос. Потом влажной тряпочкой вытерла возможную пыль на мебели, поправила немного мою кровать. Посмотрела на меня.

— Что-то не так? — Улыбнулся ей.

— Нет, всё так. — Но я видел, что её глазки любопытно блестели.

— Если хочешь о чём-то спросить, спроси. Клянусь своей треуголкой и рясой святого Дунстана, я никому не скажу. — Девушка хихикнула, но потом опять напустила на своё личико серьёзное выражение.

— Просто у Вас постель заправлена, как в казарме. Ровно, как по линеечке.

— А, ты бывала в казарме?

— Бывала. У меня старший брат унтер-офицером служит в Московском гарнизоне. Я как-то раз ходила туда. Так там кровати у солдат заправлены так же. Ой, простите.

— Всё нормально. Тебя как зовут?

— Степанида, Андрей Ярославович.

— Так вот Степанида. Я тоже служил в армии.

— Вы офицер?

— Нет. Я простой солдат. — Она удивлённо посмотрела на меня. — Не веришь? Но это так. Разведвзвод морская пехота. Срочка, потом контракт. Контракт правда до конца не дослужил, по разным причинам, но не будем вдаваться в подробности той давней истории.

— Морская пехота? Это лейб-гвардейские войска!

— Конечно, гвардейские, иначе и быть не может. 382 отдельный батальон морской пехоты, 810 отдельной гвардейской бригады морской пехоты Черноморского флота. — Сказав это, понял, что сболтнул лишнего. Есть ли тут 810-я бригада или нет? Ведь она сформирована была при Советской власти. А здесь советы как-то не случились. Вот так засада, Андрюша! Ты кретин. Придерживай свой язык, а то чешешь, как помелом. Хвост петушиный распустил при виде милашки. Идиот. Но выражения своего лица, несмотря на стремные мысли не менял. Я сидел в кресле, Степанида наводила лоск и мы мило болтали. Степанида оказалась более разговорчивой. Ну а что, девчонке всего 18. Она пыталась поступить в мединститут, но завалилась на экзамене. Пришлось бы ехать назад домой, но ей помог старший брат. По его протекции, через своего командира он сумел устроить её работать к Самариным в их особняк прислугой. Оказывается, в прислуги к моим родственникам был настоящий конкурс.