Большой игрок 2
Эрли Моури
В первой книге с Сашей и произошла та самая метаморфоза: из обычного маркетолога из нашего мира он превратился в купца в другой Российской империи. Там его ожидает уйма испытаний и неожиданных находок. Нужно будет перебороть собственную лень и самолюбие, раскрыть в себе доселе невиданные способности и возвести финансовое могущество в мире, который ему пока чужд.
Про женщин? Они никуда не денутся. Даже демонессы попадутся. И, ясное дело, именно из-за них и сыплются на голову все прелести и напасти: и радость, и грех, и беда.
Хрупким натурам лучше не соваться: тут нецензурщина и, подумать страшно, откровенный секс.
Для моих постоянных читателей подсказка: этот цикл местами родня «Жесту Лицедея» — тот же герой, отдаленно похожая атмосфера, есть черный юморок. Чуть-чуть он напоминает «Ваше сиятельство», но самую малость. А в основном «Большой игрок» похож на «Большого игрока», и на все сто он о Большом игроке.
====================
Глава 1 «Макс» делает дырки в голове
Глава 1 «Макс» делает дырки в голове
Как известно, хороший пистолет умеет делать дырки в голове. Но не всегда.
Хищно лязгнул курок револьвера. «Макс» дернулся в руке Ольховской, и щелкнул механизм прокрутки барабана. Тихомиров упал, хотя грохота выстрела не последовало.
Если быть точнее, режиссер не упал — он плюхнулся на стул, так удачно оказавшийся под его задницей. На несколько таинственных мгновений в кабинете режиссера-постановщика повисла тишина. Станислав Георгиевич будто тоже вслушивался в нее, затем судорожно вдохнул и произнес:
— Анечка, как ты смешно шутишь… — бледность на его лице пошла красноватыми пятнами. — Ты всегда была самой опасной шутницей. У меня сердце остановилось. Послушай, пожалуйста, стучит? Мне это важно!
— Стас, не ломай комедию. Твое сердце останавливается тысячи раз в день, и тысячи раз в день оно начинает биться снова. Спасибо за деньги, ты очень выручил! Дженькуе бардзо! — Ольховская наклонилась и поцеловала его в щеку. Потом достала носовой платок, весьма эротично намочила его кончик языком и оттерла помаду с лица Станислава Георгиевича.
— Чтобы Сафина не возмущалась, — пояснила художница. — И Лебединская тоже. Еще раз спасибо, мой хороший, добрый мальчик. Ну, все, мы пойдем. У нас с Сашей очень много дел, — Ольховская взяла меня под руку. — Идем, дорогой. Нужно еще успеть в галерею к Гинзбургу. И потом сам знаешь…
— Анечка, я ревную! — раздался сдавленный возглас Тихомирова.
Баронесса не ответила и вышла в коридор.
— Ань, когда ты приступишь к работе? — снова проявил себя режиссер-постановщик.
— Может быть, завтра. Пусть вырезают лес и стены замка. Закажи новые краски и кисти для моих художников! Сколько могут они рисовать этими огрызками! — повернувшись, ответила Ольховская.






