Очнулся лишь тогда, когда сигарета дотлела до фильтра и обожгла пальцы. Не уверен, что сделал вторую затяжку. Отбросив окурок, я вставил в рот новую сигарету, но так и не прикурил.
* * *
Проснулся я оттого, что кто-то настойчиво грыз мою щёку. Хлопнув по ней ладонью, я зажал эту тварь между пальцами и поднёс к глазам. Жирный овод пытался сопротивляться, но силы были не равны.
Безжалостно раздавив кровососа, я с трудом поднялся на ноги, которые затекли из-за неудобной позы. Осмотрев рюкзак, которому вчера знатно досталось, хмуро усмехнулся и развязал шнурок горловины.
Всё оказалось не так страшно, как я себе представлял. Да, патроны разлетелись по всему нутру, но остались целыми. Жестянки с консервами знатно помялись, но тоже сохранили герметичность. Хуже всего дело обстояло с сыпучкой. Макароны практически приняли первозданное состояние, то есть превратились в мелкую труху. Пакеты с гречкой и рисом лопнули, и вся крупа перемешалась с одеждой. Хорошо хоть, кофе лежал в другой сумке и остался нетронутым. Там же находилась и походная плита, работающая от портативных газовых баллончиков. Её потеря была бы невосполнима.
Выудив её, я зарядил один из баллонов, зажёг конфорку и, залив воды в небольшой чайник, установил его на огонь. Не прошло и пяти минут, как я долил холодную воду в кофе, чтобы не ждать, когда тот остынет. Пара глотков бодрящего напитка, сдобренная затяжкой горького дыма, и кишечник заработал, призывая меня скрыться за ближайшим кустом. А когда я закончил все утренние процедуры и кружка похвалилась белоснежным эмалированным дном, в голове окончательно дозрел план действий.
С полной решимостью я вернул вещи в машину, в том числе и грязный от пережитой экзекуции рюкзак. Запрыгнул за баранку, запустил двигатель, выждал пару минут, снова вставив в рот сигарету, и выбрался из леса. Когда доскоблил до трассы, утопил педаль газа в пол, разгоняя машину до ста шестидесяти. «Мерин» прекрасно чувствовал себя на этой скорости. Казалось, его только сильнее вжимает в асфальт, отчего даже руль стал тугим, будто я ехал по рельсам. Зато до города долетел за каких-то двадцать минут. Здесь я сбавил обороты, и не потому, что так было положено. Я шарил взглядом по окнам в надежде приметить занавешенные.
Надо ли говорить, что мне повезло?
Крайняя пятиэтажка с плотно задёрнутыми шторами на третьем этаже. Вычислить квартиру — проще пареной репы, как и попасть в нужный подъезд в отсутствие работающего домофона. Топор, тесак и гвоздодёр снова легли на ступени рядом с дверью. Но на этот раз она оказалась запертой. Ну хоть чему-то я их уже научил.
Немного подумав, я всё же прижал изогнутый край гвоздодёра к месту примыкания дверного полотна и ударил по нему топором. Да, шуму сейчас будет много, но срать я на него хотел.






