Усилить бойцов можно, но не всех и не так часто, как мне бы хотелось. Но оно и к лучшему.
— Не без этого — слегка скривился Ксандр — Нам конечно любой боец на пользу. Такой тем более. Но вряд ли дворянство будет радо таким конкурентам за милость графа даже в нашем захолустье.
— Тут и сам Мигрэ может быть не рад. Усилятся только бойцы из приграничья, все друг друга знают. Не лично, так через кого-то. Считай сплочённая политическая группировка в будущем… Граф раньше вас вспомнит, что маловато сил и средств сюда выделял, а сейчас оправдываться поздновато — мотнул я головой. Не факт конечно что это правда, варясь во внутренних политических интригах аристо и не такое с внешней стороны в земном средневековье умудрялись прошляпить, но рассчитывать лучше на бдительность, а не расхлябанность условного начальства.
— В общем всё что не делается, всё к лучшему — философский заметил комендант, понимая что если бы у людей началась внутренняя замятня, от усиленных бойцов было бы больше вреда, чем пользы, они бы только увеличили общее количество смертей. А орки бы наверняка не упустил свой шанс вдарить, когда обе стороны конфликта ослабнут. Ну или в столице бы просто прекратили нас поддерживать, дав зеленокожим возможность сократить нашу численность — Ладно. Кого именно ты можешь усилить и сколько конкретно человек потянешь?
— Думаю через месяц я смогу взять такую же группу. А вот с «кого именно» есть некоторые проблемы… Я сам с ребятами поищу людей, они особые должны быть, не знаю даже как объяснить верно. Правильные в общем. Ну и понятное дело с приличным опытом войны на болотах, иначе ничего не выйдет. К тому же не годятся те, у кого уже есть в крови наследие предков или иная сила, ритуал их убьёт — развёл я руками.
Мне разумеется было интересно поглазеть на местных чудо богатырей, но Допускать их излишнюю концентрацию вокруг себя казалось плохой идеей. Даже то, что я вообще могу кого-то усиливать может аукнуться, одни «лучшие люли Империи» могут захотеть меня использовать, другие вполне могут решить, что подобное лишь укрепит позиции конкурентов, а следовательно меня надо убить. Всё это может привести к куче совершенно ненужных мне проблем. Однако у меня ни кола, ни двора, ни семьи… Да в общем-то ничего нет, а всё имущество уменьшается в дорожный мешок.
С одной стороны это проблема. Я не завязал никаких особых моральных связей, а потому так и не врос в местное общество, хотя казалось бы доппельгангеру сам бог велел, как бы странно это не звучало. Но я в первую очередь был не демоном, а человеком двадцать первого века, для меня местный колорит казался почти таким же диким, как кишлак где-нибудь в Афганистане.






