ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Один упырь устранён — теперь герой готовится к бою с остальными тварями, не забывая разбираться с ворохом накопившихся проблем. Целитель 3 Роман Романович Один упырь устранён — теперь герой готовится к бою с остальными тварями, не забывая разбираться с ворохом накопившихся проблем. ==================== Целитель 3. Пролог Целитель 3. Пролог Петр смотрел на меня. Зельда поглядывала то на Петра, то на меня. Я же смотрел на кашу, которую уплетал с большим удовольствием за завтраком. Сегодня ночью удалось убить упыря. Источник наконец-то добрался до заветной сотни. Как ни крути, это были отличные поводы для хорошего настроения. Что касается Зельды, вчера она не особо вопросы задавала, но заявила, что у неё стресс, ей страшно и вообще, требуется индивидуальный подход в лечение её пострадавшей психики, путем сна в обнимку со вкусно пахнущим целителем. Пришлось отрабатывать. Под это дело при девушке Петр тоже сделал вид, что всё нормально, а произошедшее ночью — обычное дело. И вот наступило утро. Нам с Петром на работу надо было, какие планы у Зельды, я не знал. Девушка как-то не спешила рассказывать про свою личную жизнь. — Ты ведь помнишь, что про вчерашнее не надо никому говорить? — спросил я её. — Да помню, помню, — отмахнулась она, тут же опустила взгляд и сосредоточилась на каше. Ещё и на стуле заерзала. — Ты не понимаешь всю серьезность, — постарался сказать я проникновенно. — Если сболтнешь, даже своим подругам, то последствия не факт, что получится пережить. — Да-да, — снов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Та стрела, которую Петру продемонстрировал — с тем же эффектом я ему могу пощёчину дать. Не уверен, от чего вреда больше будет. Адепты его уровня для меня всё равно что крепость на текущий момент.

— Если по здоровью, вам, наверное, лучше к Степану Денисовичу обратиться.

— Да-да, — мужчина усмехнулся. — Конечно-конечно. Я ведь совсем дурак и не сообразил, что у какого-то шестнадцатилетнего паренька чистота Масла в пару раз выше, чем у известного хирурга. И не заметил, что эта парочка делала внутри моего тела. Я же совсем не обученный, — презрительно фыркнул он.

— Не понимаю вас, Евлантий Сергеевич, — ответил я вежливо.

— Всё-то ты понимаешь, — сказал он и чуть придавил своей силой.

Но если думал меня этим напугать, то хрен ему. Аура силы у тех же королей мертвых раз в десять злее.

Не дождавшись реакции, мужчина одобрительно хмыкнул.

— Да-да, теперь вижу. Это ведь ты меня из лап смерти вытянул. Так? Так. Не знаю, зачем вы этот спектакль затеяли, ваши игры. Я к тебе с благодарностью.

— Не стоит, Евлантий Сергеевич. Я просто делал свою работу. Как и Степан Денисович.

— Но-но, — посмотрел он осуждающе, — Ты сделал то, что никто не мог. Навел я справки о тебе, юноша. Интересный ты. Святой, людей воскрешаешь…

Я не удержался и глаза закатил.

— Евлантий Сергеевич, давайте без этих глупостей. Вы же уважаемый человек, не надо сплетни пересказывать.

Настоящее воскрешение даже лучшим целителям недоступно. По той причине, что душа покидает тело. Поэтому для меня воскрешение — это некромантский удел. Поднятие тела без души. Акт мерзкий, противоестественный. То, что это мне приписывают, бесит.

Но что-то я заговорился. Евлантий Сергеевич на меня как-то по-новому посмотрел. Я же запоздало подумал, что слова прозвучали слишком дерзко.

— А ты не робкого десятка. Обычно люди меня боятся.

Конечно, боятся. Рожа у него разбойничья, суровая, взгляд так и прожигает. Но мне ли бояться?

— Воскрешать я не умею. В том, как с тяжело ранеными работать, кое-что понимаю. С проклятиями, не буду отрицать, тоже работать получается. Талант у меня к этому. Но святые эти непонятные, воскрешение — лишнего мне приписывать не надо.

— Как скажешь, как скажешь, — кажется, у него есть привычка повторять слова. — Проси, что хочешь. Если в моих силах — сделаю. Отказ — не приму, — добавил он упрямо. — Хочешь, к себе заберу? Полевым целителем? Платить буду — сколько захочешь. Или в госпиталь устрою? В деньгах купаться будешь.

— Евлантий Сергеевич, я ученик Аристарха Павловича и менять этого не собираюсь. Деньги меня не интересуют. А что касается благодарности — простого человеческого спасибо будет достаточно.

— О какой, — снова фыркнул он. — Деньги не интересуют. Точно ученик Аристарха. Его подход, — эта мысль развеселила мужчину. — Но всё равно.