ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война не утихает, а в верхах плетутся и рушатся новые альянсы. Никто не подозревает, что все эти соглашения обратятся в прах, когда явится подлинный кошмар. Мир ограждён от Хаоса, но скверна уже пробралась за его пределы. Осталось лишь дождаться, когда она прорастёт. Целитель чудовищ – 7 Владислав Бобков Война не утихает, а в верхах плетутся и рушатся новые альянсы. Никто не подозревает, что все эти соглашения обратятся в прах, когда явится подлинный кошмар. Мир ограждён от Хаоса, но скверна уже пробралась за его пределы. Осталось лишь дождаться, когда она прорастёт. ==================== Глава 1 Глава 1 Две женщины неторопливо шли по пыльной дороге, попутно наслаждаясь окружающими видами. Так как грунтовка спускалась вниз, то у путниц была прекрасная возможность полюбоваться на раскинувшийся внизу океан высоких деревьев, полей и небольшую речушку, весело петляющую среди небольших скал. Также можно было без труда увидеть уже порядком заросшие развалины деревянной крепости и окружающих ее домишек. Расположенная внизу деревенька была уничтожена давно, не менее чем пару лет назад, от чего природа уже заявила свои права на эту землю. Вездесущий плющ оплел обгорелые балки и покосившиеся столбы, скрыв их зеленым саваном. А если бы кто-то решил приблизиться, то без труда мог увидеть, как один из пышных цветков распустился прямо через глазницу одного из валяющихся тут и там черепов. В этой небольшой деревеньке никто и не думал убирать трупы, попросту списав их со счетов. Любой же, кто

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тончайшие нити плотно оплели и сдавили их шеи, заставляя демонических тварей болезненно выпучить глаза и вывалить длинные языки из пастей, после чего паутинка резко скрутилась, напрочь отрезая и отбрасывая булькающие «отростки» прочь.

В ту же секунду из все окружающих углов в жирную, мясистую тушу воткнулись сотни полупрозрачных нитей, принявшихся резать и рвать сопротивляющуюся плоть.

— Каэда! Поспеши! — с натугой выругалась Кэтсуя. — Я долго не удержу!

Жирная сосиска тут же принялась вырываться, брызгая во все стороны шипящей кислотой из множества образующихся тут и там ран, но паутина кумо держала ее пока что крепко.

— Поняла! — выскочившая молодая ёкай, пробежала прямо по хвосту Минору, попутно уворачиваясь от растущих повсюду слюнявых пастей и остановилась лишь тогда, когда запрыгнула прямо на плечи безвольно застывшей древней ёкай.

Глаза Минору за все атаки даже не двинулись, продолжая смотреть в пустоту.

— Сенсей! — ментальный вопль ученицы набатом ударил прямо в голову потерявшейся в иллюзиях хаоса наставницы. — Срочно придите в себя!

Минору немного поморщилась и ее глаза чуть приоткрылись, но на этом успех и закончился. Древняя ёкай отказывалась возвращаться в этот мир, в то время как ситуация явно переставала быть томной.

Даже не смотря на толстые стены можно было услышать все усиливающийся рев и вой сотен глоток, которые в едином порыве рвались прямо сюда.

Взмах несколькими пучками паутины и сразу несколько основных проходов обваливаются, перекрывая подходы большей части орды хаоса.

Учитывая силу порождений это было слабое решение, которое дало бы лишь пару минут времени.

— Быстрее! — вновь крикнула паучиха, еле успев разорвать нитями сразу двух тварей, кинувшихся из темноты.

— Простите, сенсей, — повинилась Каэда, после чего со всей дури припечатала ладонь к щеке наставницы, посылая одну из самых неприятных техник иллюзий.

Прямо сейчас Минору разом ощутила себя словно бы распятой на кресте, который разом опускали то в жидкую лаву, то в жидкий азот, причем за ту секунду, что длилась техника, в голове Минору прошло куда больше времени.

— А-а-а! — глаза ламии резко распахнулись, а Каэда еле успела увернуться от удара ноготками, каждый из которых был сантиметром под тридцать.

— Сенсей, придите в себя!

— Что? — Минору моргнула и опустила руку, которой уже вновь замахнулась. — Что тут происхо…

Она резко замолчала и изменилась в лице. Вал воспоминаний обрушился на нее приливной волной, но нечеловеческий разум сумел в кратчайшие сроки рассортировать столь обширный объем данных.

Сразу несколько эмоций одна за другой промелькнули, чтобы смениться одной единственный. Во взгляде ламии без труда можно было почувствовать жгучий стыд от того, что она умудрилась совершить.