Что бы ни случилось, это не повод пренебрегать собственным здоровьем.
— Спасибо, — улыбнулся старик, — с меня на сегодня действительно хватит.
Сэр Маклук с надеждой обернулся к дверям. На пороге стоял весьма колоритный господин, судя по всему его ровесник. Лицо незнакомца вполне подошло бы какому-нибудь Великому Инквизитору, помещать его под серый тюрбан слуги было недопустимым расточительством. Но не я создавал этот Мир, и не мне менять вещи местами.
— Дорогой Говинс, — сказал «Великому Инквизитору» сэр Маклук, — будьте любезны содействовать этим великолепным господам во всех их начинаниях. Это наш сосед, сэр Джуффин Халли, и он…
— Мне ли, старейшему читателю «Суеты Ехо», не знать сэра Почтеннейшего Начальника! — Инквизиторская физиономия расплылась в подобострастной улыбке.
— Вот и славно, — почти шепотом сказал сэр Маклук, — Говинс все уладит. Он все еще покрепче меня, хотя и нянчился со мной в те давние благословенные времена, когда я не мог самостоятельно стащить из кухни блюдце с вареньем…
На этой лирической ноте сэр Маклук был подхвачен истосковавшимися по любимой работе носильщиками, водружен на паланкин и унесен в спальню.
— Если не возражаете, я побеседую с вами через несколько минут. Надеюсь, мудрость подсказывает вам, что местом встречи могло бы стать более… э-э-э… прибранное помещение! — с неотразимой улыбкой сказал Говинсу сэр Джуффин.
— Малая гостиная, лучшая камра в столице и ваш покорный слуга будут ждать вас в любое время, — с этими словами старик растворился в полумраке коридора.
Мы остались одни, если не считать пожеванного парня, а его теперь уже действительно можно было не принимать в расчет.
— Макс, — повернулся ко мне мгновенно утративший жизнерадостность Джуффин, — есть еще одна плохая новость. Ни одна вещь в этой комнате не хочет открывать прошлое. Они, как бы это сказать… Нет, лучше просто попробуем еще раз, вместе! Сам поймешь…
И мы попробовали, сосредоточив свое внимание на круглой коробочке с бальзамом для умывания, произвольно взятой нами с туалетного столика. Ничего! Вернее, хуже чем ничего. Мне вдруг стало страшно, так страшно, как бывает страшно в кошмарном сне, когда не можешь пошевелиться, а ОНИ подбираются к тебе из темноты. Нервы не выдержали, я выпустил коробочку из рук; почти в ту же секунду разжались и пальцы Джуффина. Коробочка упала на пол, как-то неуклюже подпрыгнула, развернулась и вместо того, чтобы катиться к окну, попыталась выскользнуть в коридор, но на полпути остановилась, жалобно звякнув и еще раз забавно подпрыгнув. Мы смотрели на нее как зачарованные.
— Вы были правы, сэр, — я почему-то говорил шепотом, — вещи молчат, и они… боятся!
— Хотел бы я знать: чего же они боятся?! Такое бывает, но для этого нужна магия не ниже сотой ступени.






