ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меня зовут Макс. Родом я, кажется, отсюда, только из соседнего мира. Тридцать лет был классическим неудачником, пока не встретил сэра Джуффина Халли — он явился мне во сне, предложил работу и выдернул из привычной реальности, как клецку из супа. Стать я должен был Ночным Лицом Малого Тайного Сыскного Войска города Ехо. Ехо, разумеется, не найти ни на одной карте — он находится в Сердце Мира, где все поголовно увлекаются магией. Но местная история — это сплошные Смутные Времена, войны Орденов и наконец Эпоха Кодекса, когда колдовать дозволено лишь чуть-чуть и с разрешения короля. Впрочем, мне, варвару с границ, много и не нужно. Учусь этикету у дворецкого, осваиваю Безмолвную речь с умным псом, знакомлюсь с лучшими трактирами. Джуффин говорит, у меня есть способности к Невидимой магии. Куда это меня заведет?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Впрочем, он может быть спокоен: грозный Джуффин не собирается вылезать через форточку… — И сэр Маба легонько стукнул себя по носу указательным пальцем правой руки, раз, другой…

Два хороших человека действительно всегда могут договориться, что правда, то правда!

----------

Из записок редактора

Из записок редактора

Существуют вопросы, правильные ответы на которые предполагают уклонение от каких бы то ни было ответов вообще. Последовательное и целенаправленное (а как же иначе?) уклонение — это и есть повествование, хитросплетенная речевая ловушка для нашего хорошо расслабленного классификациями внимания. Всегда удобно заранее знать, с чем именно тебе придется столкнуться, и, если на обложке книги каким-то образом заявлен жанр («фэнтези», «фантастика», «триллер» и т. д.), то это сразу же задает определенный алгоритм чтения, отказаться от которого впоследствии бывает достаточно трудно.

«Лабиринты Ехо» Макса Фрая — это, конечно же, фэнтези. Налицо все признаки жанра: магия, сказочные монстры, таинственные миры, превращения и волшебные предметы. К фэнтези, точно так же как и к сказке, по определению нельзя относиться серьезно. Сказка — это личные грёзы и удовольствие от исполнения желаний, но те, кто рассказывает сказки, сами, как правило, в них не верят. Отсутствие веры в то, о чем рассказывается, свойственно и фэнтези. Вера здесь просто не нужна, и даже наоборот: изначальное отсутствие веры в то, о чем рассказывается, является чуть ли не основным принципом построения жанра фэнтези. Это максимально приближает его к грёзе, мечтам или сну. Сон случается, но нет никакого смысла верить или не верить в его реальность. Ведь верить или не верить можно только в то, что каким-то образом лишено очевидности (обычно мы не задаемся вопросом: верить или не верить в окружающую нас действительность; точно так же мы не задаемся вопросом: верить или не верить в наши собственные грёзы. Таким образом, грёзы и действительность — это два полюса, которые не требуют веры).

Отсутствие веры позволяет создавать волшебные миры, населенные сказочными существами; грезы о своем сверхъестественном могуществе ни к чему не обязывают, всего лишь компенсируя (но разве этого мало?!) неустройство и быстротечность реальной жизни. «Эскапизм и инфантильность», — скажут глубокомысленные критики и будут правы ровно настолько, насколько реальность вообще поддается определению, потому что бежать от реальности можно только в том случае, если у тебя существуют какие-то о ней представления.

А что, если представления о реальности максимально размыты и заведомо не складываются в какую-то более или менее стройную систему? Вот тогда-то и возникает особый вид повествования, который представлен, в частности, книгами Макса Фрая.