Во время посещения северных границ королевства в безуспешных попытках разобраться с тем, какая именно магия закрыла перевалы, З’Вентус наткнулся на пятнадцатилетнего сироту, перебивавшегося случайными заработками и прислуживавшего тогда в одной из таверн северного тракта, выбранной магом для ночлега. Таких сирот по границам бродило множество, их, как могли, пристраивали, чаще всего именно из них и формировалось пополнение пограничных гарнизонов. Ведь лучшими солдатами становятся те, кто имеет к врагу личные счеты. Если выживают. Конечно, З’Вентус не стал бы подбирать на дороге каждого бродяжку и брать его к себе в ученики. Сила у Виктора была, это маг определил, как только его увидел. Однако ее было мало, очень мало. По силе он немногим превосходил обычных людей. Если даже З’Рута был слабоват для настоящего мага, то на младшего ученика старый волшебник вообще не возлагал никаких надежд. Запасов его магической энергии хватило бы только на то, что З’Вентус как раз и называл «балаганными фокусами». — Конечно, Виктор. Ты хотел задать вопрос? — Не совсем учитель, я хотел бы попробовать это заклинание. Только… — Юноша неуверенно замялся. — Только что? Говори, Виктор. — Учитель, только у меня не получается со всем деревом. Вы позволите попытаться провести демонстрацию более локально — например, на одной ветке? — По ряду учеников пробежал веселый шепот, который еще больше смутил юношу. — Даже не знаю, ученик. Ну, впрочем, почему бы и нет. Если ты сумеешь продемонстрировать это на одной ветке, то это будет хорошим уроком для остальных, большинство из которых пока не в силах даже задуть свечу. — Учитель строго оглядел веселящихся учеников и сделал приглашающий жест в сторону окна. — Прошу. Ученик подошел к окну. Постоял, глядя на дерево. Опомнившись, повернулся и неловко поклонился учителю. — Вы позволите начать, учитель? — Да, пожалуйста, сделай милость. Надеюсь, на одну ветку у тебя уйдет… э-э… несколько меньше времени, чем у З’Рутиуса на все дерево, — не сдержался учитель. Среди учеников опять послышались смешки. — Благодарю вас, учитель. Виктор развернулся к окну, взглянул на дерево и без какой-либо остановки вытянул правую руку вперед в несколько неканоническом для данного заклинания, но все же допустимом жесте «копье». — Не надо уж слишком торопиться, Вик. Я не имел в виду… — Учитель замолчал. Толстая дубовая ветвь у основания дерева была снесена ударом воздуха и, хаотично кувыркаясь, упала локтях в пятидесяти от ствола. — Простите, учитель. Боюсь, мне тоже требуется поработать над силой ветра. Мне очень жаль ваше дерево. — Ученик огорченно склонил голову. З’Вентус удивленно уставился на ученика.

Об этой истории
Акренор — королевство на границе обжитого мира, отрезанное от соседей и зажатое врагами. Отряд, собранный наследным принцем, оказывается в гуще событий, от которых зависят судьба страны и жизни людей. Здесь честь — не пустой звук. Здесь война — привычное дело, а мир — лишь несбыточная мечта. Девятая крепость Эдуард Катлас Акренор — королевство на границе обжитого мира, отрезанное от соседей и зажатое врагами. Отряд, собранный наследным принцем, оказывается в гуще событий, от которых зависят судьба страны и жизни людей. Здесь честь — не пустой звук. Здесь война — привычное дело, а мир — лишь несбыточная мечта. ==================== Пролог Пролог Стены помнили. Память — это все, что оставалось у обвалившихся руин, зараставших травой. Забвение — для живых, мертвые же стены не забывали. Обваливаясь, проигрывая в битве с травой камень за камнем, они продолжали помнить. Стенам оставили только память, и ничего больше. Память о каждом человеке из тысяч, погребенных под ними. Память о каждом ржавом мече, который лежал под слоем земли. Стены помнили эти мечи молодыми, остро отточенными и смертоносными. Они помнили кровь на этих мечах, помнили, как эти мечи сжимали живые руки. Помнили, как эти же руки, но уже холодные, по-прежнему сжимали оружие, как будто продолжая незримый бой по ту сторону вечности. Помнили, как железо превращалось в ржавчину, а живая плоть — в забытый всеми прах. Стены, снесенные до основания, не грустили о временах, когда они гордо возвышались над лесом, когда вокру





