Особенно, едва получившие специальность. Фирма, в которой он работал, резко обанкротилась, и Лёха снова оказался не у дел. Понимая, что ловить тут нечего, Лёха собрал свои немудрящие накопления, и купил билет до ближайшего портового города.
Логика парня была проста как угол дома. В любом южном городе у моря выжить будет проще. Добравшись до места в плацкартном вагоне, Лёха первым делом отправился в порт. Искать работу. Капитан рыболовецкого сейнера, окинув парня ироничным взглядом, сходу задал главный вопрос:
— С чего вдруг решил сюда податься? Только правду.
— А чего там делать?- пожал Лёха плечами. — Сирота приютский. Ни кола, ни двора. Импотент без прописки.
— Про импотента, это шутка надеюсь?- растерялся капитан.
— Она самая, — усмехнулся Лёха.
— Младшим мотористом пойдёшь?- подумав, спросил шкипер. — Имей ввиду, ничего другого тебе никто не предложит. Опыта нет. Мотористов сейчас хватает. Судов почти не осталось.
— Согласен, — решительно кивнул Лёха. — Только, должен сразу предупредить, что жить мне придётся на борту. Не думаю, что мне на комнату зарплаты хватит.
— Ну, это я уже понял, — вздохнул капитан, качнув седой головой.
С этого дня, Лёха стал моряком. Жил по несколько месяцев в море, отстаивая вахты у молотящего двигателя, а в порту, после путины, занимался мелким ремонтом сейнера, иногда выходя в город, прогуляться. Тот выход в море ничем особенным не отличался. Суета подготовки к путине, погрузка топлива и продуктов, и наконец, отход от причала. Их сейнер шёл следом за косяком, и на подходе к мраморному морю, небо вдруг потемнело. Барометр показывал штиль, а вокруг сейнера начали вздыматься огромные волны.
Сменившийся с вахты Лёха выскочил на палубу, и едва удержался на ногах. Очередная волна, прокатившись по палубе, чуть не смыла его за борт. Палубные матросы дружно испустили вопль ужаса, и сейнер, начал заваливаться на борт. Дальше, Лёха помнил плохо. Оказавшись в воде, он рывком попытался добраться до поверхности, инстинктивно рванув туда, где было светлее. Оказавшись на поверхности, парень отдышался и, оглядевшись, едва не нахлебался воды, с перепугу чуть было, не нырнув обратно.
Поверхность моря была абсолютно спокойной. А самое страшное, что в пределах видимости нигде не было и намёка на погибший сейнер. Ни людей, ни выпавших за борт вещей, которые обычно всплывают после гибели судна. Только вода, и он. Лёха. Быстро оглядевшись, парень с трудом разглядел что-то похожее на берег и, усилием воли подавив панику, поплыл в нужную сторону. Отсчитав сотню гребков, он ложился на спину, и пару минут отдыхал.
До возможного спасения было далеко, так что, Лёха старался экономить силы. Наконец, когда от усталости руки уже еле двигались, а в глазах начало темнеть, парень рассмотрел полосу прибоя.






