— У страха глаза велики! — Произнес генерал Лакеев, — нам бы еще рации на самолетах поставить, тогда бы мы бы смогли нанести еще больший урон, ведь наши летчики летают не хуже! — С горечью добавил генерал.
— Да, если на Ваших самолетах были рации, мы могли бы Вас предупредить и навести на цель, или согласовывать действия по зенитным засадам, Вам связь нужна кровь из носа! — Поддержал его я.
— Во время боев в Монголии на реке Халхин-Гол у нас на истребителях еще не было радио. Мы смастерили огромную полотняную стрелу, которая выкладывалась у наземного командного пункта на горе Хамар-Даба, и с ее помощью летчикам сообщалось, в каком направлении и на какой высоте находятся японские самолеты. Эта стрела заменяла нам радио. Сейчас этот прием используют наши посты ВНОС.
— А если, когда самолеты пойдут на перехват, противник изменит направление и высоту полета, что тогда? Задал я, генералу встречный вопрос.
— Японцы уже через неделю, зная эту систему, пересекали линию обороны на ложном курсе, а после того, как ВНОС терял их из виду, ложились на боевой курс. Такая система наведения нашей истребительной авиации резко снижала результативность ее действий.
После боев в Монголии на истребители стали устанавливать приемно-передающие станции. Но они были громоздки, утяжеляли машины, к тому же из-за некачественной экранировки системы зажигания двигателей и металлизации фюзеляжей создавались большие помехи и шумы в наушниках, вплоть до болевых ощущений, и тем самым неоднократно приводили к срыву боевого задания.
— А ваша служба связи не пробовала улучшать качество связи самостоятельно, экранировать по новой? Поинтересовался я.
— Нет, кто бы этим занимался? Авиачасти в своих штатах не имеют собственных подразделений связи. Всю связь обеспечивают роты связи батальонов аэродромного обслуживания, лишь оперативно подчиненные начальникам связи полков, которые как правило ниже званием, чем командир БАО.
— Это что получается, они не могут влиять ни на комплектование рот, ни на организацию в них боевой подготовки? Удивился я.
— Правильный вывод подполковник! Командиры батальонов обслуживания, не чувствуя персональной ответственности за обучение связистов, перегружают их несением караульной и гарнизонной служб, выполнением различных хозяйственных работ, часто вообще используют специалистов не по штатному расписанию, и потому их подготовка была намного слабее, чем даже в наземных частях! Возмущенно продолжал генерал.
— Но как-то эту проблему надо было решать?
Я с удивлением слушал Лакеева. То, что он рассказывал, просто не укладывалось в голове.






