ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Подполковник Нечволодов, под чьим началом находился самоходный артиллерийский дивизион, и помыслить не мог, что вместо учений ЗАПАД-81 его часть забросит в 1941 год — к Владимиру-Волынскому, где им придётся схлестнуться с Вермахтом. Так дан старт лихому сюжету. Около двухсот солдат и офицеров Советской Армии встают против всей махины нацистской Германии — группы армий «Юг». При этом Нечволодов отдаёт себе отчёт: обороняя родную землю, он одновременно вторгается в ход истории, и чем это аукнется, не знает никто. Опорой ему служат люди его дивизиона. Тема попаданцев изъезжена вдоль и поперёк: то и дело натыкаешься на сцены, уже виденные в других книгах. Почти весь текст таких романов — сплошные набившие оскомину клише. Первым толчком для меня стал Дмитрий, а Влад Тарханов поступками своими помог обрести веру в себя.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Видно всё было в порядке, так как через несколько минут мы тронулись дальше, подобрав их по пути.

Подъехав к самолету, и остановившись, следуя указаниям Валентира, сначала выпустили солдат, которые стали в оцепление, а после вышли мы и немец с переводчиком. С любопытством оглядываясь начали осматривать немецкий самолет.

Прапорщик высунувшись по пояс из люка командира весело спросил:

— Как дела та-а-щи инженеры?

— Помалу, а ты как? Куда послали?

— А куда меня могут послать? В разведку!

— Ну, ни пуха ни пера!!!

— К черту…

Он хлопнул по броне, и БТР взревев тронулся с места. За ним как дымовая завеса потянулся шлейф пыли.

Немец похоже не понимал, для чего его сюда привезли. С самого начала, как только я его увидел в десантном отсеке, сильно удивился, до чего у него был очень испуганный вид, наверное он думал что его везут на расстрел. Переводчику пришлось дважды повторить вопрос, чтобы узнать где расположена самолетная радиостанция. Он показал на переднюю кабину, где обычно располагаются пилот и штурман, и пояснил, что в заднюю кабину, где находится радиооборудование ведет коридор, по которому можно переходить из одной кабины в другую. Капитан Венгер приказал нашему переводчику объяснить немцу, что нам необходимо демонтировать радиостанцию полностью вместе с антенной и блоком питания и у нас на все это полчаса. Из всей этой тарабарщины я уловил только слово «демонтаж». Он говорит, что ему нужен инструмент, перевел короткую фразу немца, переводчик. Я поставил у ног свой ящик и открыл его.

— Спроси его, какой инструмент ему нужен? — сказал я.

После нескольких фраз, переводчик мне сказал: — Я не понимаю его, не знаю таких слов на немецком, — оправдывался солдат.

— Скажи ему пусть возьмет, что ему нужно, — сказал я, показывая на ящик с инструментом.

Немец нагнулся к ящику, и не спеша, перекладывая инструмент, выбрал пару отверток и торцевых ключей. Я заметил что его заинтересовала крестовая отвертка, он с интересом посмотрел на нее, повертел в руках и отложил в сторону. Сложив выбранный инструмент в карман своего летного комбинезона, он направился к люку самолета.

— Хальт! — Остановил я его. Обойдя немца я первым забрался в переднюю кабину самолета и внимательно осмотрелся.

— Юрченко! Скажи ему, пусть еще раз объяснит где рация! — Крикнул я в люк.

Младший сержант повторил мой вопрос по немецки. Немец залез в люк, по плечи и пальцем показал на раздвижные двери в задней стенке пилотской кабины. Пройдя по коридору, и попав в заднюю кабину, увидел, что справа были закреплены несколько блоков, соединенных между собой кабелями. Еще два блока были размещены над лазом в нижний фонарь самолета, который был разбит при посадке. В дыру была видна земля и поломанные ветки кустарника.