ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Подполковник Нечволодов, под чьим началом находился самоходный артиллерийский дивизион, и помыслить не мог, что вместо учений ЗАПАД-81 его часть забросит в 1941 год — к Владимиру-Волынскому, где им придётся схлестнуться с Вермахтом. Так дан старт лихому сюжету. Около двухсот солдат и офицеров Советской Армии встают против всей махины нацистской Германии — группы армий «Юг». При этом Нечволодов отдаёт себе отчёт: обороняя родную землю, он одновременно вторгается в ход истории, и чем это аукнется, не знает никто. Опорой ему служат люди его дивизиона. Тема попаданцев изъезжена вдоль и поперёк: то и дело натыкаешься на сцены, уже виденные в других книгах. Почти весь текст таких романов — сплошные набившие оскомину клише. Первым толчком для меня стал Дмитрий, а Влад Тарханов поступками своими помог обрести веру в себя.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Николай Макарович, да вы тут настоящую политинформацию провели!

— Берите на заметку!

— А что еще можете рассказать?

— Одним из популярных метеористов в XIX веке был некий Жозеф Пюжоль, известный как Ле Петоман, который жил и работал во Франции, если мне не изменяет память с 1887 года.

О нем сохранилось следующее свидетельство его способностей. Он имел свой номер в «Мулен Руж», где зрители так смеялись, что было слышно на сотню метров в округе. По словам его современника Бриссона, это был самый настоящий артист. Его даже осматривал доктор, который засвидетельствовал, что представление было подлинным. У него, как и у других артистов были, завистники, которые пытались вставлять себе между ног причудливые инструменты и подражать ему. Из-за этого даже проходили судебные процессы. Рассказывают, что истинный Петоман сразу же выводил на чистую воду мошенников благодаря одной неизвестной им хитрости: без каких бы то ни было трюков некоторые мелодии можно было, прошу прощение за мой французский, выпердеть только в минорной тональности.

Дружный ржач офицеров заставил выглянуть в окно нашего газового монстра. Следует отметить, что дураком Алексей не был. Он не стал как либо реагировать на наш смех, а просто сообщил, что перерыв подошел к концу и можно продолжать.

Поднимаясь в класс, Сталинин поинтересовался:

— Откуда у вас такие, можно смело сказать энциклопедические знания о таком специфическом вопросе?

— Во время службы на Кубе, столкнувшись в первый раз с нашим начфином, заинтересовался проблемой и перечитал о ней в Гаванской библиотеке все что нашел. Заодно подтянул языки…

Комполка в ответ только молча покачал головой.

После перерыва попросил слово комсорг: — Хочу сказать о питании. Столовая работает по два часа, на завтрак, в обед и ужин. Чуть задержался на службе — поесть уже негде. Вот и приходится идти в «сторан» или в буфет на вокзал, а там без водки заказ не сделаешь, еще тебе нахамят, и жмотом публично обзовут.

— Лейтенант не надо перегибать палку, я лично несколько раз наблюдал как офицеры Нечволодова ужинают в столовой. Как-то же они успевают службу нести. — Наш секретаришка старался из всех сил.

Бак уже начал набирать грудью воздух для ответа капитану, и я понял что лучше сейчас высказаться самому:

— Когда мои офицеры — «пиджаки» (офицеры, закончившие военную кафедру гражданского ВУЗа и призванные на службу сроком на два года) пожаловались мне, что из-за вечерних совещаний или учебы они не успевают поужинать и купить себе что-то на завтрак, я просто их стал отпускать на ужин.

— С-с-секундочку! — Вязовскин от волнения стал даже слегка заикаться. — Я лично присутствовал, когда вы начальнику штаба полка сказали, что они выполняют ваше срочное поручение.

— Так оно и было. — Не стал я отпираться.