ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот сценарий: в рядового школьника попадает последний оставшийся в живых из отряда, что высадился на остров в той самой книге. В параллельном мире 25 человек неверно оценили обстановку, застряли в обороне и взорвали остров вместе с собой, применив ТЯ-боеприпас. Так они пытались оборвать очень мощную трансляцию, которая шла в эфир. Последний, двадцать пятый, кто нажал на кнопку, в момент подрыва получает повреждение от экосистемы острова и мгновенно переносится к нам. Он приносит с собой весь набор возможностей среднего человека своего мира, с которым теперь придётся разбираться.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Следующие пятнадцать минут я пью какой-то вкусный вьетнамский (судя по заказу) чай с какими-то травами и мёдом, а потом, так никого и не дождавшись, плюю на условности, достаю свой телефон, нахожу в интернете анатомический атлас и погружаюсь в его чтение.

От чтения меня отвлекают взмыленные, тяжело дышащие девочки, которые падают за стол, как мокрые мешки на асфальт. Видимо, бог всё таки есть, потому что музыка становится потише и становится можно разговаривать.

— О, моя еда! — кидается уничтожать содержимое своей тарелки Лена.

— О, чай остыл! — наваливается на чайник с остатками вьетнамского чая Асель.

Минут через пять они отчёркивают ногтями в меню следующие заказы, которые мне надо будет сделать официанту, когда он подойдёт, а сами снова исчезают на танцполе.

А я возвращаюсь к вопросу соединения костей туловища и головы, связок позвоночника и реберно-позвоночных суставов.

В таком ритме мы развлекаемся ещё часа три. Мне перехотелось спать; делать нечего — только читать; и я успеваю прочесть достаточно много, если сравнивать с чтением дома после работы. Сообщаю об этом Лене, когда она в очередной раз падает за стол, как сбитый истребитель, и присасывается к кувшину с лимонадом. Она заглядывает в мой экран и говорит:

— Кому что, а лысенькому — расчёсочка. Ты вообще принципиально решил не танцевать?

— Да я и не умею, и не тянет.

Лена удивленно подымает брови:

— Не подумала! О, как раз медленный, погнали!

Дисциплинированно выполняю. После совместного танца начинаю думать, что в этом что-то есть, но тут снова включают что-то невообразимое из музыки и я позорно ретируюсь. Впрочем, смотреть, как красиво танцуют красивые девочки, мне нравится. Минут пять или десять. А потом меня снова ждут анатомический атлас и вьетнамский чай.

Под конец, Асель смеётся:

— Обычно, когда старый папик выгуливает молодых девочек в кабаке, девочки танцуют, а он за столом читает.

— Муа-ха-ха, а у нас — взрослые тёти танцуют, а Мелкий, как папик, сидит и читает. — Подхватывает Лена.

Из ночного клуба вываливаемся уже под утро. Я жалуюсь на то, что режим опять пошёл в разнос и по приезде домой сразу ложусь спать. А девочки вдвоём маршируют на кухню и о чём-то там ещё разговаривают.

* * *

Снова сплю до обеда и пропускаю пробежку. Выползаю на кухню — девочки уже там.

— О, а вы что, не ложились? — спрашиваю.

— И поспали, и проснулись. Лично я есть хочу, — говорит Лена.

— А я думаю, надо заново регистрироваться или нет? — завершает Асель.

— Сейчас не понял. Подробнее можно?

— У неё — вид на жительство. По закону, она обязана сообщать, где живёт, сейчас за этим очень пристально наблюдают, — говорит Лена.

— Так… доверенность родители оставили. Как раз на этот случай — чтоб бабку с дедом мог сюда прописать, если что.