Закона о статусе новой организации ещё нет, внутренних инструкций у меня тоже нет, у нас ноль данных по их допускам. Потому — только титульный лист. Всё по правилам.
— Хорошо, этого хватит. Спасибо оба раза.
* * *
Вовик уже десять минут слушает музыку и послушно лежит, замерев без движения. Я, кажется, нашёл место, с которого хочу начать эксперимент.
В этот момент звонит мой телефон. Как не вовремя. Бросаю взгляд на экран: это Бахтин, у меня сохранился его номер ещё со дня чистки его машины. С удивлением поднимаю трубку:
— Ало?
— Саша, привет. Бахтин.
— Узнал, Олег Николаевич. Что-то случилось?
— Да нет, один вопрос. Отца твоей Лены зовут случайно не Новиковым?
— У Лены фамилия Новикова, отца звать Робертом Сергеевичем. Полноватый, за пятьдесят, с залысинами, рост около метра семидесяти. Сейчас спрошу у Лены фамилию отца, если хотите, она рядом.
— Да не надо, он это… Спасибо… Саш, не хочу лезть не в своё и в личное, задам вопрос, если можешь — ответь. Мне почти что по работе надо, но тебя тоже касается. Лично.
— Без проблем. Спрашивайте.
— Лена ссорилась с отцом?
— Скажем, в данный момент не общаются…
— Всё! Вопросов нет! Спасибо! Зайдёшь завтра к Марине, когда в клинике будешь?
— Конечно, я каждый день захожу. Вы не волнуйтесь! У неё всё в порядке и по моей части, и по другой. Плюс Ваша охрана ни разу не спала, когда я захожу. В принципе.
— Приятно… спасибо… Пока!
Интересно, что это было.
Впрочем, уже через минуту я выкидываю из головы и этот звонок, и Лениного отца, поскольку начинаю вводить по очереди три иглы из аселиной коробки: первая — вверху; вторая — под коленку, третья — в район поясницы. Точка на пояснице — вообще рядом с позвоночником. Интересно, как китайцы не боятся спинной мозг задеть? Они же не «видят», в отличие от меня?
Иглы установил. Вовик не шевелится: вижу, что всё чувствует, но характерных частот болевых ощущений нет. Скан. Десять процентов сигнала… смотрим…
* * *
Дом Лениных родителей.
Роберт Сергеевич по прежнему на балконе, в кресле-качалке, качается вперёд-назад, уперев ребро экрана телефона в лоб.
Его телефон звонит. Он отвечает, не глядя на экран:
— Ало.
— Роберт, ты? Это Бахтин.
— Слушаю тебя, Олег. — Искренне удивляется Ленин отец. — Чем обязан военной прокуратуре?
— Это я тебя слушаю, Роберт. И ты на пенсии отстал от жизни. Я уже не в гарнизоне. Начальник службы специальных прокуроров, Генпрокуратура. У меня — заявления Зам. Нач. ДВБ Комаровских. О твоей попытке получить информацию для служебного пользования в обход действующих регламентов. Вот теперь я тебя слушаю: что лично тебе надо от Александра Стесева? И чем вызвана твоя попытка подстрекательства бывших коллег к нарушению закона о гостайне?
* * *
Вот — осевой меридиан. Кажется, у китайцев называется как-то похоже.






