ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Их замысел был прост — сыграть в ролевую игру, воспроизвести знаменитое сражение из глубины веков. Но замысел пошёл прахом: прошлое само ворвалось в их жизнь и сделалось настоящим. Круговерть эпох швырнула людей из XXI века в кровавое время правления Ивана Грозного, в жуткую пору опричнины и непрекращающихся войн с Ливонским орденом. Тут нужно уметь драться. Тут нужно учиться выживать… Донос мертвеца Александр Прозоров Их замысел был прост — сыграть в ролевую игру, воспроизвести знаменитое сражение из глубины веков. Но замысел пошёл прахом: прошлое само ворвалось в их жизнь и сделалось настоящим. Круговерть эпох швырнула людей из XXI века в кровавое время правления Ивана Грозного, в жуткую пору опричнины и непрекращающихся войн с Ливонским орденом. Тут нужно уметь драться. Тут нужно учиться выживать… ==================== Часть первая Луга Часть первая Луга Глава 1 Кровь По сторонам широкого и ровного, совершенно белого поля высоко к серому облачному небу поднимались темные вековые ели. На их широких, пахнущих едкой свежей смолой ветвях лежали пухлые сугробы поблескивающего чуть синеватым отливом пушистого снега. Кое-где между стволами пытались подставить инею тоненькие веточки ивовые ростки, но на фоне древних многолетних деревьев они почти совершенно не различались. И всю эту картину зимнего лесного покоя накрывала сонная спокойная тишина. Однако, где-то там, под толстым полуметровым слоем бескрайнего белого покрывала продолжалась жизнь. Тихонько попискивали мыши, подкрепляя

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

То ли их разговора никто не услышал, то ли все достаточно поразвлеклись, но никто над латынинским новиком насмехаться не стал. Он послушно приблизился к девушке, не сводя глаз с ее груди. — Тебя как зовут? — Глеб Латынин, Никитин сын. — Ты куда смотришь, Глеб? Вот туда посмотри! — Юля указала на истыканную за вечер сосну. — Лук есть? — Да. — Стреляй. Парень помялся, но спорить не стал. Вытащил из висящего на боку колчана лук, наложил стрелу, сосредоточился и рывком вытянул вперед левую руку. Звонко тренькнула тетива, а стрела мелькнула в чащу где-то далеко, далеко левее сосны. — Ну и как, Глеб, сильно тебе отсутствие груди помогло? — Ну, не все так… — Ты куда смотришь? — Юля, тяжело вздохнув, кивнула. — Ладно. Попадешь с этого места в сосну, дам потрогать. — Так… Темно уже… — Ну, извини, — развела руками девушка и повернула в сторону своих товарищей. — Боярыня! — Ну, чего тебе еще? — А вторая… Тоже стреляет? — Нет, она поет. Подойдя к выстроившимся полукругом палаткам, Юля нырнула в желтую, извернулась внутри и высунула голову в круглый входной клапан: — Инга, что-то ты и вправду давно не пела. — Холодно чего-то, — поежилась та. Зима заставила-таки певицу расстаться с коротким красным платьем и переодеться в обычное местное одеяние с огромным количеством длинных юбок, душегрейку и тулуп. Правда, но голове ее вместо положенного платка плотно сидел малахай с пушистыми беличьими хвостами над висками. Зато небольшой размер ноги позволил Инге, как и лучнице, одеть местные валенки. — Вот именно, — поежилась Юля. — Холодно, голодно, повыть охота. У-у-у. — Ну так поешь, чего скулить-то? — не выдержал Росин. — Каша на всех сварена. — Не-а. Меня тут и без вас один тип покормить должен, — она перевернулась на спину зажмурилась и негромко запела: Шумел камы-ы-ыш, деревья гну-у-улись, И ночка ту-у-умная была. Одна возлу-у-у-убленная пара Всю ночь гуляла до у-у-у-у-тра. — Ты в ритм не попадаешь, — любезно сообщила певица. — Ну и что? Зато громко, — и Юля продолжила: Шумел камы-ы-ыш, деревья гну-у-улись, И ночка ту-у-умная была. Одна возлу-у-у-убленная пара Всю ночь гуляла до у-у-у-у-тра. — Поела бы ты, Юленька, — попросил Игорь Картышев. — Если честный, сам принесет, — улыбнулась девушка: Шумел камы-ы-ыш, деревья гну-у-улись, И ночка ту-у-умная была. Одна возлу-у-у-убленная пара Всю ночь гуляла до у-у-у-у-тра. — А поутру они вставали! — не выдержав глумления над музыкой, продолжила Инга. — Кругом примятая трава. Да не одна трава примята, помята молодость моя! От природы могучий, да еще хорошо поставленный в училище имени Гнесина голос в вечерней тишине прозвучал так, что казалось, разверзлась небо и на воинский лагерь обрушился глас небесный, мелко задрожали сосны и закружился в морозном воздухе невесть откуда посыпавшийся снег.