Жажду получить всё любой ценой — от желания выбиться из нищеты.
И так далее.
Великий Предел рассекал Его, рубил надвое. Сознание Познавшего Тьму словно растянулось, он разом видел и далёкое прошлое, и настоящее; видел простёртые к Спасителю бесчисленные руки, видел Его претерпевающим муки и казни — фальшивые, ибо Он ничего не чувствовал, это была одна иллюзия.
Великий Предел разделял правду и ложь. Собственное и дарованное. Искреннее, принесённое Его почитателями — и Его голод, Его жажду, Его ненасытность.
Пустота, которую невозможно было заполнить.
Но при этом — сохранявшая в себе великое множество душ, которое он, Познавший Тьму, смог выпустить на свободу в нужный момент, обратив в самое страшное оружие против Дальних.
Великий Предел разделял и рассекал. Поток огненных душ не останавливался, однако всё равно требовался ещё шаг, ещё и ещё, нужно было дойти до истока, разделить исходное, понять, что же случилось в самом начале?..
Спаситель не сдавался без борьбы.
Хедина обжигало, жар опалял, само сущее противилось разделению. Да, Великий Предел сейчас резал, подобно лекарскому скальпелю, и без утишающих боль заклинаний.
И всё же они дошли. До самого конца. И увидели…
… Мальчишка, играющий возле хижины, крытой пальмовыми листьями. Желтизна песков невдалеке и синева широкой медленной реки. И вдруг — бегущие взрослые в светлых хитонах и простых сандалиях. Мальчишку подхватывают на руки, отец торопливо вооружается — деревянный щит и изогнутый меч-хопеш.
Ломая изгороди, топча огороды, мчат враги — они неотличимы от жителей родного селения, разве что головы обмотаны жёлтыми повязками. Отец прикрывает мальчика и его мать щитом, отмахивается клинком; один из нападавших неосторожно открылся, отцов хопеш зацепил ему плечо; другой гикнул, кинулся, прыгнул через падающего соратника, усеянная шипами дубинка взлетела, метя отцу в висок; мальчишку скрутило ужасом, он должен был это остановить, спасти и сохранить!..
И у него получилось.
Дубинка словно натолкнулась на незримую преграду, отец успел повернуться, прикрыться щитом, ответить убийственным выпадом.
Но вот это — «спасти и сохранить» — мальчишка запомнил.
Так, значит, Спаситель — человек?!
— Фиделис! Держись крепче!..
Родители мальчишки бежали с остальными сородичами, оторвавшись от преследователей.
Фиделис? Но Фиделис же — лекарь, он совсем другое!..
Однако Великий Предел продолжал рассекать, и мальчишка исчез.
Осталось страстное желание защитить, во что бы то ни стало!
А что против него?..
— Вот ты и понял, Познавший Тьму.
Золотой Дракон свивал кольца прямо перед ним.
— Мы знали, что ты дойдёшь до самого конца, до предела пределов.
Рядом с Драконом опустился белый Орёл.
— Теперь ты знаешь всё, а мы прощаемся, уже окончательно, — просто сказал Дракон.






