ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вторая попытка дана мне судьбой: жить там, где я всегда мечтал, хоть этих мест уже не найти на карте. Сделаю так, чтобы новая жизнь имела смысл... И сбуду свою старую мечту. Егерь Алекс Рудин Вторая попытка дана мне судьбой: жить там, где я всегда мечтал, хоть этих мест уже не найти на карте. Сделаю так, чтобы новая жизнь имела смысл... И сбуду свою старую мечту. ==================== Часть 1: Здравствуй, Союз! Глава 1 Часть 1: Здравствуй, Союз! Глава 1 — Как самочувствие, Сергей Иванович? — спросила медсестра, приветливо глядя на меня. Перед ней на подставке стоял смартфон, через который она всё дежурство напролёт смотрела сериалы. Сейчас, судя по репликам из динамика, Ира пересматривала «Ликвидацию». Хороший сериал, сам два раза его смотрел с удовольствием. — Ничего, нормально, — ответил я. Я надеялся, что Ира просто запишет меня в журнал, даст расписаться и отпустит с богом. — Давайте, всё же, давление померяем, — сказала Ира. — Хоть вы у нас богатырь, но за здоровьем следить надо! Она улыбнулась. Я улыбнулся в ответ. Ох, Ира! Будь я чуть помоложе... А мне через полгода шестьдесят два стукнет. Сел на стул и привычно натянул на левую руку манжету тонометра. К среднему пальцу другой руки прицепил датчик частоты пульса. Ира нажала кнопку на клавиатуре. Подсоединённый к компьютеру аппарат загудел, накачивая воздух. Манжета плотно обхватила плечо. Я несколько раз глубоко вдохнул и затаил дыхание. Постарался расслабить всё тело. — Что деньги, Сёма? — резко спросил в Ирочкином сма

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но, пользуясь ситуацией, мы решили всё сделать основательно.

Закончив с фундаментами, часть народа принялась валить деревья, другие стаскивали готовые брёвна в штабель и очищали их от коры. В ход пошли не только топоры, но и лопаты — благо, свежая кора легко снималась со стволов.

С болота натащили целую гору мокрого, напитанного водой мха. Мох раструсили тонким слоем по земле — сушиться. А сверху поставили навес, крытый еловым лапником.

Спина у меня давно взмокла от пота, мышцы рук ломило от топора. На ладонях вздулись мозоли. А Фёдор Игнатьевич только покрикивал:

— Ровнее руби, Андрей Иваныч! Топор поправь — вишь, плохо берёт!

Около двух часов дня устроили перерыв — развели костёр, повесили над огнём разномастные котелки. Сидели на поваленных брёвнах, делились бутербродами и консервами.

Кое-кто потащил, было, из рюкзака бутылку. Но Тимофеев строго посмотрел на мужиков.

— В автобусе — пожалуйста, если милиции не опасаетесь. А на работе чтобы ни капли.

После чаепития в охотку поработали ещё пару часов. Поясницу ломило не на шутку, перепачканные сосновой смолой ладони липли к гладкому топорищу.

Но мы ещё раз проверили, насколько надёжно лежат камни в фундаментах. Потом дотащили все брёвна к месту стройки и очистили их от коры.

Самому не поверилось, когда Фёдор Игнатьевич, выпрямившись над очередным поваленным деревом, вдруг сказал:

— Всё, Андрей Иваныч, хватит на сегодня! Всё равно тут одним днём не управишься.

* * *

В клуб я решил не ходить. Какой, к чёрту, клуб после таких трудовых подвигов? Проводив автобус с охотниками, я заглянул в холодильник, с удовольствием обнаружил там остатки вчерашней картошки. Поглядел на неё и понял, что помыться мне хочется гораздо больше, чем поесть. Хлопнул дверцей холодильника и отправился топить баню.

Воды в бочку и в котёл я натаскал заранее. Как чувствовал, что сегодня будет не до того. Сунул в топку два сухих полена, зажёг между ними приготовленную бересту. Огонь разгорался медленно, а кожа под сырой от пота одеждой зудела уже невыносимо. Да ещё и комариные укусы чесались.

Не выдержав пытки, я скинул с себя одежду и голышом побежал к реке. Плюхнулся с мостков в парную воду, окунулся с головой. Вынырнул, отфыркиваясь, и тут же нырнул снова.

Доплыл до противоположного берега, развернулся. А потом разлёгся на воде и раскинул руки в стороны.

В небе надо мной плыли белые кучевые облака. Донышка у них были синеватые, словно наполненные водой. Облака от этого казались тяжёлыми и двигались медленно-медленно.

Как там говорил Воронцов? На что больше нравится смотреть? С водой я уже пробовал, почему бы не попробовать с облаками?

Я расслабился. В воде это было нетрудно — усталое тело невесомо парило. Выгнал из головы мысли, оставил только ощущение лёгкости и счастья.