ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Церемония при дворе, затем отбор — какие ещё сюрпризы приготовила жизнь Жене Рысеву? Граф Рысев – 5 Алекс Ключевской Церемония при дворе, затем отбор — какие ещё сюрпризы приготовила жизнь Жене Рысеву? ==================== Глава 1 Глава 1 — Драконы способны выпускать до пятидесяти трёх видов различного пламени, — Архаров говорил, не глядя на меня, продолжая рассматривать зелёное нечто, которое я уже автоматически зажёг по его просьбе. Преподаватель продолжал изучать гибрид магии огня и магического яда из моих мечей. Как оказалось, за время моего веселья на балу, он достиг немалых успехов. В частности, нашёл способ самостоятельно его зажигать. Но всё равно время от времени просил меня сотворить образец, чтобы ничего не упустить из вида. Теперь же мы разбирались с подарком, полученным от убитой мною твари четвёртого уровня. — Но, я-то не дракон, — попытавшись возражать, кажется, сам начал запутываться. — Ты и не паук, но яд арахнид прекрасно используешь, — пожал плечами Архаров. — Ты же не используешь их магию. Это твоя магия приобрела дополнительные свойства. Да и с последним приобретением повезло. В том плане, что твоя магия и магия твари — родственные. — И что же мне сейчас делать? — я посмотрел на свои руки. Если зелёная хреномуть у меня получалась на раз, то вот с обычным огнём возникли проблемы. Я никак не мог предугадать, какое пламя у меня получится при попытке призвать дар. Оно было разноцветным. А один раз вообще иллюзорным. И сотворённый из него фаербол рассыпался со

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Жена чувствовала себя ненамного лучше, чем я. Гоняли их, пытаясь хоть чему-нибудь научить напоследок так, что она в последние дни даже не ездила сама на занятия. Её Кузя возил и забирал. Потому что если уехать она смогла бы без проблем, то вот с возвращением могли возникнуть проблемы.

А за два дня до отъезда нас внезапно оставили в покое. Я же по привычке, толком не проснувшись, пришёл к Архарову на занятие, даже не зная, что оно отменено. На моё счастье, преподаватель был на месте.

— А ты чего притащился? — удивлённо спросил он, отрывая взгляд от своего рабочего журнала и оглядывая меня.

— Вообще-то, у нас занятие должно начаться через… — я демонстративно посмотрел на часы, — сейчас.

— Спецгруппе за два дня до отправки на практику, положен отдых. Занятия отменяются, — он продолжал удивлённо меня осматривать. — Преподаватель, который вёл у тебя занятия вчера, должен был об этом сообщить. А также просветить, как именно пройдёт отправка.

— Эм, — протянул я и сел на своё место за столом. — Мне никто и ничего не говорил, не сообщал и даже не просвещал. — Сказал я, в упор глядя на Архарова.

— Так, а у кого, у тебя вчера было занятие? — он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— У Цукатовой, — я нахмурился. — Мы проявляющие составы изготовляли для невидимых чернил. Видимо, увлеклись немного.

— Понятно, — кивнул Архаров, но руки всё ещё держал скрещёнными на груди. — Галя, конечно, может увлечься, но не до такой же степени! Я с ней поговорю. А пока, видимо, честь объяснить тебе всё, падает на меня. Посиди немного здесь. Я за бумагами схожу, которые Цукатова должна была тебе передать. Но, похоже, у неё мальчики в голове, а не ответственность за учащихся.

Он ушёл, а я решил воспользоваться возможностью и создать фиолетовое пламя здесь, в специальном помещении, где почти всё было из камня.

Призвав дар, я подошёл к тренировочному валуну. На нём было столько различных подпалин, что Архаров не всегда мог их ликвидировать. Из моей ладони ударила струя аметистового огня, которую я принялся делать тоньше, одновременно повышая температуру и создавая эффект вращения.

Отдельного белого пламени в моём арсенале не было, но именно это позволяло проводить манипуляции с температурой. А заклинание бура дал мне сам Архаров не так давно. Но проверить его у меня всё не было времени. Теперь же я решил исправить это упущение.

Тонкая белая постоянно вращающаяся игла приблизилась к камню, который мгновенно нагрелся. Я отодвинулся. Если само пламя мне не угрожает, то вот раскалённый с его помощью предмет — очень даже. Тем временем на камне начали появляться тонкие линии.

«Ух ты, наскальная живопись, — восхитилась самая наглая из моих муз. — Давай напишем что-нибудь.