ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мама умирала и с каждым выдохом твердила одно: не смей продавать свою Ки. Что угодно, только не это. Я держал её наказ в голове все эти месяцы, но выдержал лишь полгода после похорон. А какой у меня был выбор? Кому нужен тощий подросток без единого полезного навыка, с талантом, от которого никакого проку? Оставался один выход — сбыть с рук свою жизненную энергию. Бедняки обычно прибегают к продаже Ки лишь для подработки или когда срочно нужны деньги. Я же просто тянул время, чтобы не умереть с голоду. Если затяну ещё немного, то после сделки уже не выживу — слишком ослабну.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Идеальный донор. Караван

Н.В. Сторбаш

— Мама умирала и с каждым выдохом твердила одно: не смей продавать свою Ки. Что угодно, только не это.

Я держал её наказ в голове все эти месяцы, но выдержал лишь полгода после похорон. А какой у меня был выбор? Кому нужен тощий подросток без единого полезного навыка, с талантом, от которого никакого проку?

Оставался один выход — сбыть с рук свою жизненную энергию. Бедняки обычно прибегают к продаже Ки лишь для подработки или когда срочно нужны деньги. Я же просто тянул время, чтобы не умереть с голоду. Если затяну ещё немного, то после сделки уже не выживу — слишком ослабну.

====================

Глава 1

Глава 1

— Вот и приехали, — крикнул издалека охранник каравана, ранее посланный в разведку, — еще полчаса, не больше.

Хе Гоудань облегченно выдохнул, повел окаменевшими за время пути плечами, открыл блокнот для записей и, проведя кистью по крошечной походной тушечнице, записал: 'День двадцать седьмой путешествия. Мы, наконец, прибыли в Цай Хонг Ши*. Как и предупреждал учитель, дорога оказалась утомительной не столько для тела, сколько для ума. Торговцы, как и охранники, не блещут умом, и все их тайные пороки я выяснил уже на седьмой-восьмой день пути. Прихваченную в дорогу нуднейшую, да простит меня учитель, книгу о правилах этикета в западных землях я со скуки выучил наизусть, а потом научился впадать в своеобразный дорожный транс. Я заметил, почти все опытные путешественники неплохо владеют сим искусством. Этот транс отличается тем, что человек следит за дорогой, делает минимально необходимые движения и даже поддерживает разговор, но при этом его ум словно ложится в спячку, в глазах — ни единой мысли, на языке — скудный набор из тридцати слов, и лишь неожиданный вопрос или нападение могут вывести его из транса.

Показалась стена Цай Хонг Ши. Несмотря на название, город, а точнее его стена, выглядит серо и уныло. Впрочем, я слышал, что радужным его прозвали не из-за пестроты зданий, а из-за странной системы разделения города на районы, каждому из которых присвоили какой-то цвет.

Провинция.'

В тушечнице закончились подготовленные заранее чернила, и Хе Гоудань поневоле прервал записи. Он аккуратно протер кисть специальным платочком, затем сложил рукоять пополам и засунул ее в миниатюрный деревянный футляр, прикрепленный к запястью, затем прикоснулся к записям и заставил их высохнуть. Тушечница также отправилась в футляр.

Гоудань распрямил спину, потянулся и стал дожидаться въезда в город.

Возможно, отправиться в далекий провинциальный город было не самой лучшей идеей, но Гоудань устал ждать, когда же учитель доверит ему первое дело.