— Как ты меня узнала?
— По многим параметрам, сэр. Включая поверхностный анализ ДНК при попытке входа. Я могу перечислить больше сотни использованных мной для сверки с эталоном параметров, включая паттерны поведения и речи.
— Ясно… как мое имя?
— Какой из, сэр? У вас очень много имен… и я не знаю какое из них оригинальное.
— Оди?
— Такого нет в списке.
— Ба-ар?
— Такого нет в списке. По моим сведениям, Ба-ар — это не имя, а числительное…
— Дерьмо…
— Внимание, сэр — зеркало сменило картинку, показав вид сверху на вход в бар — К вам новые посетители.
Вглядевшись, я увидел как утаскивали живых, мертвых оттаскивали к стене, предварительно разоружив, а к двери осторожно подошли трое в светлых одеждах, держа пустые руки на виду.
Трое. По стакану на них и еще один для меня. Итого четыре. Я удовлетворенно кивнул и приказал:
— Открой дверь. Когда войдут — снова закрой.
— Да, сэр…
— Ирма…
— Да, сэр?
— Когда опознавала меня — что показалось самым странным?
Система ответила мгновенно:
— Отсутствие телесных и мозговых микро-имплантатов. Сканеры ничего не показали.
— Я чист?
— Судя по моим данным, предварительный ответ — да. Для более точных результатов требуется глубокое медицинское сканирование.
— Понял. Что с моим гаражом?
— Был полностью законсервирован, в данный момент активирован процесс расконсервации. Есть срочная необходимость в каком-то конкретном транспорте из имеющихся?
Поднимая глаза на одинокого гостя в белом, как раз переступающего порог, я тихо произнес:
— Дверь не закрывай если он один войдет. В первую очередь полностью заряди мой флэмбайк. И убедись, что створки гаража открываются, а внутри есть место для приема как минимум среднего транспортника.
— Место есть. Створки не открываются — внешняя сторона стены покрыта густой растительностью, сэр.
— Займись подзарядкой, а я позабочусь о растительности.
— Принято, сэр.
Вошедший стоял на краю подсыхающей кровавой лужи — и крови там смешалось много от кого. Моя, Шейны, златовласки, декламатора, немало от тех двоих, что на свою беду заскочили сюда живыми, а выброшены были мной в виде истыканных пулями мешков дерьма. В целом эту окруженную отпечатками лужу вполне можно назвать великим смешением социальных слоев… с вкраплением дерьма из разорванных пулями кишечников.
Он изучал меня. Я смотрел на него.
Высокий, широкоплечий, на лице с аккуратной седеющей бородкой нескольких глубоких старых рубцов, карие глаза смотрят насторожено, но без страха.






