— Я хозяин, а гость меня пытается оскорбить. Ты абсолютно не ровня мне. У тебя ничего нет, но ты все равно пытаешься поставить себя выше меня. Ты должен быть благодарен, что вообще разговариваешь с нами, и просить прощения за то, что нас побеспокоил.
Я видел, как дернулся центральный, это была его партия, и мы могли бы разойтись бортами, несмотря на то, что было сказано, и вот пошел второй раунд, и непонятно чем он завершится.
— Ну, допустим, все у меня есть — и я не так беден, как кому-то может показаться. Спорить будем! Предлагаю пари! — ответил я.
— Какое пари? Ты о чем говоришь? — кажется, я сбил его с толку. Вот только от неожиданной мысли, как от них избавиться, я решил не отказываться. Если все получится, то они просто не захотят находиться рядом с нами. Я как раз вспомнил, что на таких мероприятиях обычно, помимо всего прочего, заключаются пари. Вокруг меня было много людей, поэтому никто ко мне не подходил, а вот они подошли. И нужно, чтобы больше такого желания у них не было.
— Я, говорю, что мне с вами не интересно. Оскорбляете вот. С чего ты решил, что у меня ничего нет? — спросил я. — Готов заключить пари на это⁈
Кажется, разговор прошел совсем не туда, куда этот маленький жаб планировал. Его лицо застыло словно маска, но он внимательно следил глазами за соседом в центре. И это выдавало его неуверенность с головой.
— Ну, давай поспорим, — после недолгого молчания сказал центральный. Он явно был мозгом в этой компании.
— У него, — кивнул он на представителя жаб, — при себе находится состояние больше, чем у тебя в карманах. Пари?
— Пари! — сказал я, быстро отпустив руку Мию, и пожал уже его протянутую руку. — На что спорим?
— Земин? — с неуверенно вставил тот, что из Синего Богомола.
— Все нормально! — ответил мужчина, крепче сжимая мне ладонь. Рука у него была сухая, а рукопожатие сильное. Только вот и я был не слабак и нормально встретил его, даже не поморщившись.
— Если победишь ты, то мы извиняемся и уходим. Если нет, то извиняешься ты. Причем перед нашими невестами тоже. И независимо от извинений, мы друг друга больше не беспокоим в этот вечер, — быстро сказал он. Мне все понравилось, ведь именно к этому я вел, вот только немного задумался, почему я и там и там должен извиняться в случае чего. Эта секундная заминка была принята за слабость и за блеф. Земин продолжил: — Не трусь, это всего лишь извинения.
— А они согласны? На твои условия, — спросил я насчет его спутников. — С ними я пари не заключал.
— Согласны, — хором ответили они.
— Что у тебя за ценности? — спросил я.
— Обручальное кольцо и сережки, — он достал из кармана продолговатую коробочку и показал нам. — Цена семьсот тысяч юаней.
Рядом послышались шепотки. Цена была внушительной.






