Ты хоть представляешь, что включает в себя полная подготовка благородной леди к официальному приёму? Это тебе не штаны натянуть и меч пристегнуть, там целая инженерная конструкция из корсетов, подъюбников, причёсок и макияжа. Это как собрать осадную башню, только сложнее.
— Честно говоря, не представляю, — признался я, откидываясь на бортик и прикрывая глаза. Горячая вода расслабляла тело, забитое нагрузками. — И, наверное, к лучшему, меньше знаешь, крепче спишь. Моя задача простая: выглядеть хорошо и не ударить в грязь лицом.
Закончив с мытьём, Мериголд вытерла меня огромным пушистым полотенцем, пахнущим лавандой и солнцем, явно работа кого-то из мастеров высокого уровня. Затем, шлепнув по заднице с хозяйским видом, от которого у меня невольно дёрнулся уголок губ, она повела меня к манекену с моим парадным костюмом.
Костюм выглядел настоящим шедевром. Его создала Велия, миниатюрная девчушка-портниха, которую я буквально за уши вытянул до тридцать пятого уровня, и, чёрт возьми, инвестиции окупились с лихвой. Это была, без сомнения, самая качественная вещь, которую я когда-либо держал в руках. Даже на Земле с нашими нанотехнологиями и бутиками в Милане такого качества днём с огнём не сыщешь. Куда тамошнему маркетингу до здешней магии! В буквальном смысле. И это касалось не только моего костюма, но и всех платьев моих жён и любовниц. Велия обшивала весь наш «клан», и результаты её работы заставляли местных модниц кусать локти от зависти.
В этом мире с крафтом вообще интересная беда, этакий системный парадокс: большинство портных, специализирующихся на «гражданской» одежде, просто забивали на прокачку уровня. Мол, зачем напрягаться? Штаны, как говорится, и в Африке штаны, главное, чтобы задницу прикрывали. «Декоративная одежда от мастера десятого уровня внешне почти не отличается от работы мастера пятидесятого»; так считали все, и это была их фатальная стратегическая ошибка.
Как выяснилось на практике, на высоких уровнях профессияТкач превращалась в настоящую техномагию. Материалы начинали менять свои физические свойства, ткани становились чем-то неземным: появлялись невероятно яркие цвета, которые не выцветали даже под палящим солнцем пустыни, текстуры, к которым хотелось прикасаться вечно, и визуальные эффекты, от которых захватывало дух. Обычное ремесло швеи превращалось в настоящее искусство, граничащее с чудом.
Например, одна тонкая серебристая ткань, создавала радужный ореол при попадании света. Это выглядело не как дешёвые блёстки с китайского рынка, а как настоящее северное сияние, запертое в нитях. Конечно, сам я такое носить не стал бы, всё-таки не эстрадный певец и не павлин, но мои жёны быстро просекли фишку.






